Судя по всему, кто-то сверху решил дать мне небольшую передышку после нервотрёпки во Владимире, и мне удалось почти что без очереди получить наши загранпаспорта. Кроме загранпаспортов, мне нужно было получить в Москве ещё два документа. Загвоздка состояла в том, что страховку, позволяющую беспрепятственно ездить на автомобиле из России по странам Европы, можно было получить лишь собственнику автомобиля. Именно поэтому я предварительно заехал в контору, о которой узнал во время своего пребывания в Азии. Работающие там умельцы занимались изготовлением поддельных СТС и были лучшими в своём деле. Сославшись на имя человека, который их мне порекомендовал, я получил отличную скидку и в кратчайшие сроки получил столь заветную бумажку, необходимую для изготовления зелёной карты. Уже через несколько часов я готов был двигаться дальше.
В очередной раз преодолев дикое желание остаться на подольше и посмотреть на побольше, я устремился на М-1, полностью отдавшись мечтам о будущем. Эта федеральная автодорога под названием "Беларусь" должна была привести меня в Минск. Предпочтя какие бы то ни было звуки абсолютной тишине, я думал о том, что скажу Кузе с Филиппом, когда увижу их спустя такой длительный срок. Я боялся, что их реакция в ответ даже на самые искренние и красноречивые слова будет весьма холодной и скептической. Я сильно переживал из-за того, что они до сих пор меня не простили. Что делать, если мои извинения не принесут эффекта, на который я рассчитывал? Как убедить их снова довериться мне и без лишних вопросов пойти за мной, как они раньше всегда это делали, прекрасно понимая, что я хочу для них только самого лучшего? Эти и многие другие вопросы волновали меня, не давая полностью расслабиться и отпустить ситуацию.
Согласно изначальному плану я должен был совершить остановку в Смоленске, но я не почувствовал в этом необходимости и продолжил своё движение. Изредка останавливаясь для дозаправки, я ехал вперёд в надежде, что всё делаю правильно: с точки зрения расчётов и с точки зрения поступков. Я надеялся, что ничего не упустил и учёл все нюансы, соблюдение которых позволило бы мне довести реализацию проекта до конца. С другой стороны, мне было важно понимать, что в основе самой идеи данного проекта лежали правильные помыслы.
Помимо обуревающих соображений, меня одолевал ещё и страх. Проблема заключалась в том, что своей первой девушке я уделял слишком мало внимания, проводя больше времени с друзьями, в то время как наши отношения с Кузей и Филиппом пали жертвой невидимой битвы с Кристиной. Я боялся, что я снова допущу одну из этих ошибок. Не для того я собирался всё исправить, чтобы потом опять потом всё испортить.
В попытке заглушить свои душевные скитания, я сделал то, чего ещё никогда не делал, находясь за рулём, – включил радио. Я понятия не имел, какую станцию предпочитали слушать пользователи данного автомобиля, но первым, что я услышал, было следующее:
"…По предварительным данным, пострадало несколько десятков человек, некоторые из которых сейчас находятся в реанимации. Точное число жертв пока неизвестно, но местные власти стараются как можно быстрее прояснить данный вопрос, чтобы сообщить эти печальные новости родственникам погибших. Напомним, что сегодня, в пятнадцать часов тридцать пять минут по Москве, человек, личность которого так и не была установлена, устроил взрыв на территории Королевских ворот. Дальнейшее расследование будет вестись совместно российскими и европейскими службами. Среди погибших предположительно находятся граждане не только России, но и других государств. Королевские ворота, являющиеся самыми известными из семи сохранившихся ворот Калининграда, всегда были одним из наиболее популярных мест среди приезжих туристов. Мы приносим свои соболезнования семьям погибших и искренне надеемся на то, что произошедшее никак не обострит политическую ситуацию…"
Мне показалось, или диктор действительно сказал "Калининград"? Я стал лихорадочно менять радиоволны. Мне нужно было заново услышать только что озвученную новость. Это было ужасно с моей стороны, но я очень хотел, чтобы речь шла о другом городе. Я просто не в состоянии был смириться с мыслью о том, что с моими друзьями могло что-то произойти. Столько несказанных слов прощения. Столько несказанных слов благодарности. Столько напрасно потерянного времени, которое мы могли провести вместе. Каким же я был дураком, что не показывал им свою любовь. Я вдруг понял, что напрасно ругал их за пассивность и отсутствие надлежащей отдачи. В этот момент я бы всё отдал, лишь бы вновь их увидеть и без какой-либо предварительной подготовки излить свою душу, уже долгое время томящуюся в растворе из надежд и сожалений.