Выйдя из церкви, я сел в автомобиль, привёл себя в порядок и поехал в гостиницу. Мне по-прежнему предстояла дорога из Минска в Калининград, поэтому необходимо было как можно скорее избавиться от негативных мыслей и попробовать уснуть. Разместившись у себя в номере, я первым делом написал Алине. Теперь осталось дождаться утра, чтобы прочитать её ответ и с облегчением вздохнуть. Это были очень тяжёлые сутки. Я был физически и морально измотан, хотя после Владимира мне казалось, будто самое худшее уже позади.
Несмотря на мои опасения, сон довольно быстро настиг меня. Я думал, что ещё долго буду ворочаться, но, видимо усталость была гораздо сильнее, чем я предполагал. Стоило только моей голове коснуться подушки, как я мгновенно забылся.
Этой ночью мне приснилось, как Кузя, Филипп и я шли по берегу бескрайнего моря. Мы о чём-то говорили и устремляли свои взгляды в даль, пытаясь друг другу что-то показать. И вот мы уже бежали наперегонки, как когда-то делали это в школьные годы. Навстречу нам мчались дети. Можно было услышать их счастливый смех. Они тянули к нам свои руки. И вот я уже подкидываю одного из них в воздух. Радости ребёнка нет предела. Я вопросительно смотрю на Кузю, проделывающего то же самое с другим мальчиком. "Где Филипп?" – спрашиваю я. Он взглядом показывает мне в направлении нашего отставшего друга, застывшего на месте в нескольких десятков метров от нас. Я машу ему рукой, подзывая к себе. Он грустно улыбается в ответ и качает головой, давая мне тем самым понять, что не собирается к нам присоединяться. Где-то далеко раздаются женские голоса. "Кузя! Арсений!" Но никто не зовёт Филиппа. Я говорю ребёнку, чтобы тот шёл к маме, а сам бросаюсь в сторону оставшегося позади друга. Я бегу к нему, но расстояние между нами от этого становиться только больше. "Филипп!" – кричу я, протягивая ему руку помощи. Но уже слишком поздно. Он не слышит меня. Обессиливший, я падаю на песок. Перевернувшись на спину, я пытаюсь отдышаться. Солнце слепит мне прямо в глаза. Я чувствую это даже сквозь закрытые веки. Вдруг, я оказываюсь в тени. Прищурившись, я вижу Филиппа, загородившего светило своей спиной. Он помогает мне подняться. Только я собираюсь открыть рот, как он говорит: "Ты ни в чём не виноват." Я пытаюсь возразить, но он не даёт мне ничего сказать.
"Возвращайся назад, Сеня. Ты знаешь, что делать," – звучит наставление невероятно умиротворённого Филиппа. "А ты?" – спрашиваю я своего друга.
"А я просто хотел как следует попрощаться напоследок…"
Глава 25
Утром седьмого июля я рад был слышать Алину даже больше, чем когда она рассказывала мне про Кузю в момент нашей первой встречи. Как я и предполагал, она сразу же после происшествия связалась с ребятами. Оказалось, что они живы и здоровы. Эта новость придала мне заряд бодрости на весь день, и я сразу же выкинул все негативные мысли, наполнившие мою голову после увиденного сна. Я списал это всё на переутомление и решил с новыми силами двигаться дальше.
Впереди меня ждал последний одинокий этап далёкого от завершения путешествия. У меня оставался день на то, чтобы доехать из Минска в Калининград транзитом через Вильнюс. Я готов был мчаться туда на всех парах, но понимал, что придётся потерпеть. Ещё немного, и я воссоединился бы со своими лучшими друзьями. Кроме известия о том, что с ребятами всё в порядке, мой личный разведчик по имени Алина передала мне информацию относительно места проведения торжества, на которое я беспардонно планировал заявиться.
День рождения Марины Борисовны должен был пройти в банкетном зале пятизвёздочного отеля, построенного специально по случаю проведения в России Чемпионата Мира по футболу в 2018 году. Планировалось масштабное торжество с большим числом приглашённых, ведь это был очень важный юбилей – пятьдесят лет. Трудно было себе представить, какое число подарков в количественном и материальном исчислении получила бы именинница. Но ни у кого не было сомнений в том, что самый лучший и важный из них она сегодня уже получила: Кузя, её единственный сын, вопреки всему был одним из гостей.
Их месячный с Филиппом визит в самый западный город России должен был подойти к концу как раз вскоре после этого дня. Алина сказала мне, что они уже купили билеты на вечер понедельника. Это означало, что теперь у них было на одну отговорку больше. Они легко могли бы ей воспользоваться в ответ на моё грядущее предложение. Несмотря на это, я уже не беспокоился о том, что не подготовил никакой речи. Я был на седьмом небе от одной лишь мысли о том, что уже совсем скоро мы втроём будем разделять вместе одно общее пространство, как когда-то в квартире у Кузи. Всё это время я до конца и не понимал, как, оказывается, соскучился по этому ощущению близости. Далеко не каждому в этом мире выпадает шанс заявить о том, что у него есть настоящий лучший друг. И лишь единицы с уверенностью могут сказать о том, что они являются счастливым обладателями двух таких закадычных однокашников. Уже через десять-двенадцать часов я надеялся вновь стать членом этого элитного клуба под названием "Не разлей вода".