"Тише, тише, успокойся," – прошептала мне на ухо Джина, свободная рука которой уже проскользнула ко мне в трусы.
"Мы будем с тобой предельно нежны и деликатны," – добавила её подруга, губы которой уже касались моих губ.
Я был благодарен им за то, что они вовремя остановили приступ надвигающейся на меня паники. Это был поступок куда более опытных и искушённых в плане секса людей. Однако, сегодня нам было суждено вывести друг друга на новый уровень.
Поскольку я уже был раздет, то посчитал своим долгом помочь одарившим меня своей любовью девушкам скинуть сковывающие их интенсивные движения пижамы. Несмотря на то, что мне весьма импонировали их короткие шортики и подчёркивающие соски маечки, без одежды они смотрелись ещё куда более привлекательно. К моменту, когда мы все трое голые сидели на диване и всячески ублажали друг друга, уровень моей уверенности достиг никогда не покорявшихся ему до этого высот. Я говорил, что хотел. Трогал, что хотел. Вытворял, что хотел. Перепробовав все имеющиеся у нас на диване варианты, я выступил с новым предложением, которое с энтузиазмом восприняли мои увлечённые охотой на зайцев партнёрши.
"А не убить ли нам ещё парочку ушастых, переместившись в душ?"
Именно там и была поставлена финальная точка в нашей единой борьбе с объединяющими нас несовершенствами собственных жизней. Эта беспрецедентная акция настигла меня в самый неожиданный момент в самом неожиданном месте, оставив свой невидимый автограф на моём изнурённом теле. Мы никогда больше друг друга не видели, но навсегда друг друга запомнили. Обещание было выполнено, а я был рад выступить в роли человека, который позволил Аяке сохранить её честь в собственных глазах и одновременно обесчестил её в глазах консерваторов мира сего.
Отдавая себе отчёт в том, что сегодня мне уже было не уснуть, я провёл оставшееся до десяти часов время на кухне, чередуя чаепитие с мытьём накопившейся вчера вечером посуды. Когда Ричард наконец-таки проснулся, мы позавтракали и, не оглядываясь назад, отправились в аэропорт. Этим прохладным ноябрьским утром мы покидали Сеул одновременно обескровленные и переполненные силой. Полученные от данной поездки эмоции зарядили нас энергией для продолжения предстоящего нам пути. Казалось, что мы могли вопреки всему получать удовольствие от жизни. Я решил, что, начиная с этого момента, нам всегда по силам будет найти способы сделать пребывание в Китае чуточку лучше. По-крайней мере, я думал так до тех пор, пока Ричард не узнал о том, что у его матери диагностировали рак груди.
Глава 34
Новый 2018 год я встречал в полном одиночестве. Ричард, неспешное течение жизни которого было прервано тревожными новостями из стана семьи, ни секунды не раздумывая, купил себе билет в один конец в Лондон. Его мама, в прошлом тоже учитель, уже как несколько лет была на пенсии. Он ни в коем случае не хотел рисковать и в срочном порядке отправился домой, ведь это могло быть последнее Рождество, которое их семья проведёт в полном составе. Перед тем, как сесть в загруженное сумками и готовое отвезти его на вокзал такси, Ричард поделился со мной мыслями на тему здоровья своей матери и выразил уверенность в благополучном исходе.
"Моя мама всегда хотела больше детей. Она хотела шестерых. У неё даже было несколько выкидышей. В итоге, они с папой остановились на цифре четыре. ‘Я получился идеальным и поэтому вы решили больше никого не рожать,’ – в шутку говорил я. А сейчас я понимаю, что если бы нас было больше, то она получала бы ещё больше любви. На этом свете было бы ещё больше продолжений этой замечательной женщины. Но даже в таком составе мы справимся и окажем ей всю необходимую поддержку. Когда-то она сделала всё возможное, чтобы подарить жизнь каждому из нас. Теперь пришла наша очередь."
После его отъезда у меня не осталось друзей в Китае. Чисто гипотетически, Филипп по-прежнему мог здесь находиться, но я мог лишь спекулировать на этот счёт, потому что мы уже несколько лет как не общались. Я понятия не имел, что он делает в эту самую секунду, когда я о нём думаю. Но мне было жутко любопытно. То же самое касалось и Кузи, местоположение и род занятий которого оставались для меня загадкой. Даже спустя всё это время я не переставал вспоминать их в сослагательном наклонении.
Единственными людьми, которых я мог бы при желании найти, являлись мои родители, всю свою жизнь проведшие на территории Екатеринбурга. Но у меня не было возможности отметить этот праздник вместе с ними. Причиной всему был лунный календарь, на который ориентировались местные жители, когда дело касалось Нового года. Именно поэтому тридцать первое декабря в Китае было обычным рабочим днём, что вызывало у меня очень непривычные ощущения. Однако, уже в середине января меня ждали полуторамесячные зимние каникулы, которые я планировал провести, путешествуя по Юго-Восточной Азии. В списке стран, которые я собирался посетить, значились Таиланд, Камбоджа, Вьетнам и Лаос. Именно в это время года они представали во всей красе и позволяли недорого отдохнуть и восстановить силы.