– Сомневаюсь, – развеял его надежды Амос Каплан. – Тут явно был бой. И бой суровый. Но посмотрите, нигде нет скелетов тяжелых птероидов. О чем это говорит?
– О масштабной эвакуации, – ответил Фред.
– Вот именно. Скорее всего, была паника. Понтекорво пробрался сюда, воспользовавшись невидимостью, потом выключил ее, смешался с толпой и эвакуировался отсюда вместе со всеми. Он может быть уже на полпути к столице.
– Твою же мать, – с великим сожалением произнес Тихонов.
– Он все тонко рассчитал, – восхищенно покачал головой доктор Каплан. – Какая светлая голова – и для каких целей он ее использует, а? Я бы охотно взял его в наш аналитический отдел, если бы ему не светили рудники Башорга.
– Смотрите, вон он! – закричала вдруг Лара, тыча пальцем вниз. – Башорг его не дождется, потому что он предпочел сдохнуть на Арагоне!..
Антон вывел дактиля на второй круг и заставил его мягко приземлиться на перепачканную кровью посадочную площадку. Поглядывая в небо, где по-прежнему крутились дикие птероиды, разведчики один за другим выпрыгнули из транспорта и двинулись к периметру, где среди скелетов и фрагментов тел других неудачников чернели на земле доспехи штурмовика группы «Зеро».
– Великий Зодчий! – проговорил Купер. – Неужели ему конец? Если так, уйду в отшельники и начну праведную жизнь!
– Зачем ты впустую бросаешься такими клятвами? – укоризненно покачала головой Лара. – Когда настанет время побеседовать с Верховным Архитектором, тебе будет очень стыдно…
– Я же не уточнил, когда именно покончу с житейскими радостями, – резонно заметил Фред. – Думаю, лет семьдесят до ухода в монастырь у меня еще есть. И вообще я не думаю, что Зодчий – зануда вроде тебя. Глядя на этот мир, я подозреваю, что у него очень тонкое и язвительное чувство юмора. Надеюсь, мы с ним найдем общий язык и поделимся друг с другом парой свежих анекдотов…
Разведчики приблизились к штурмовой броне, но панцирь оказался пуст. Чуть в стороне лежал дочиста обглоданный человеческий скелет. Розен мстительно пнула доспехи Понтекорво, и из них выкатился тот самый биоконтейнер, в котором когда-то находился образец Фактора.
Лару внезапно что-то крайне заинтересовало; она присела на корточки, внимательно разглядывая контейнер.
– Зачем же он разделся? – удивился Тихонов. – Решил покончить с собой?
– Эта гадина раздела мертвого охранника базы и забрала его форму! – догадался доктор Каплан. – Вот тебе и крюк с гарпунным прихватом! Сделал он нас, как курсантов!..
– Ребята… – тихо сказала девушка. – Возможно, я сошла с ума, но… Вы видите этот контейнер?
– Ну? – отозвался Купер.
– Я ошибаюсь или он действительно закрыт?
– И? – не сразу понял Тихонов.
– А ты бы стал закрывать контейнер после того, как забрал из него нужное? Особенно если опаздываешь на эвакуацию?
– Зачем? Некогда. Бросил бы на землю.
– Вот именно. Все мужики так поступают. Почему же этот закрыт?..
Купер с изумлением посмотрел на нее. Потом перевел взгляд на биоконтейнер.
– А самое главное, – тихо произнесла Лара, – для чего бы ему вообще куда-то перекладывать образец, если это – самая удобная и безопасная тара для биологически активных веществ?
Она решительно подняла с земли контейнер, вскрыла его и осторожно заглянула внутрь.
– Надо быть женщиной, чтобы сразу обратить внимание на такую мелочь, – усмехнулся Каплан. – Я опоздал заметить это ровно на секунду, хоть и аналитик. Но мне явно не хватает эстрогена в организме.
– Это что же, он улетел без образца?! – Тихонов никак не мог поверить в происходящее. – Нет, правда?!
– Великий Зодчий! – Купер негромко хохотнул. – Сильно спешил, наверное. Переоделся впопыхах, пока не заметили, и полез в птероида, даже не сообразив, что контейнер-то остался в старом костюме…
– Самые опытные кадровые разведчики порой сыплются на каких-нибудь мелочах, – флегматично заметил доктор Каплан. – От постоянного напряжения человек просто устает все время контролировать свое поведение, и иногда подсознание агента из чувства протеста выкидывает удивительные штуки. Возможно, совесть не окончательно умерла в нашем приятеле, а просто была загнана в самый дальний угол подсознания, откуда и отомстила вот таким причудливым образом.
– Так он нам теперь не нужен ни за каким дьяволом! – воскликнула Лара. – Получается, он наказал сам себя. Я представляю себе его рожу, когда до него дойдет, что он теперь до конца жизни обречен прозябать в Обитаемых Секторах без средств к существованию, когда был в двух шагах от богатства! Это изысканное наказание, однозначно лучше закрытого трибунала, лучше Башорга и, пожалуй, получше смерти в паучьем логове. Определенно лучше! Так ты идешь в отшельники, Фред?