В полумраке ходовой рубки каждый член экипажа туристического космократора сосредоточенно занимался своим делом, удерживая яхту на курсе и прокладывая дальнейший маршрут. Капитан Ингвар Громов внимательно контролировал работу подчиненных. На ходовом мониторе Мисс Синтия выглядела на фоне звездной карты мерцающей янтарной точкой.
– Нина, сделай дополнительное отклонение от вектора, – негромко распорядился капитан. – Как бы нам не вписаться в гравитационную зону Метрополии II.
– Мы и так идем с упреждением в четыре стерадиана, капитан, – сказала первый пилот Нина Сангада.
– Дай отклонение еще на два.
– Есть, сэр, – ответила пилот без особого энтузиазма.
Ей было не по душе, что капитан перестраховывается и влезает в управление кораблем с самого начала полета. Хотя понять его было можно: в команде яхты не имелось ни одного сенситива. Удобство и надежность прямого контакта с кораблем фирма «Парадайз-тур» принесла в жертву предрассудкам состоятельных граждан Империи, не желавших путешествовать в компании мутантов. В результате контроль всех систем и передача команд нейросистеме осуществлялись только воздействием на чувствительные сенсоры корабля или путем введения в его кровеносную систему активных веществ. Все эти методы делали управление Мисс Синтией в разы более инертным, чем у транспортников аналогичного класса и такого же грузового измещения. В принципе, для круизера это было простительно, от него не требовалось высокой точности и скорости маневра. Но в результате капитан Громов не слишком доверял ни Мисс Синтии, ни своим пилотам.
– Кляча, а не корабль, – пробурчал он, удовлетворившись наконец курсом.
– Не все золото, что блестит, – поддержал его первый помощник Алоиз Шлоссер. – Потроха у нее блестящие, конечно, а вот во всем остальном… Разве что разгоняется резво.
– Отставить! – скомандовал Громов. – Не сметь хулить корабль, которым управляешь!
– Но вы же сами, сэр… – начала Сангада.
– Мне можно, – отрезал капитан, – я на Мисс Синтии первый после Великого Зодчего. Стефан, выведи мне метеорную обстановку.
Навигатор Стефан Пешич ухмыльнулся, вызвав на монитор командира радарную картину прилегающего сектора пространства. Этот ритуальный разговор сразу после старта он слышал уже не один десяток раз, и только для Нины Сангады, совсем недавно переведенной в их экипаж на вакансию ушедшего на повышение предыдущего первого пилота, он был в диковинку.
– Ладно, кэп, – примирительным тоном проговорил навигатор. – Многого от этой посудинки и не требуется. Мы же не атаковать Райский Пояс собираемся, а неторопливо доставить туда несколько десятков богатых бездельников. Куда нам спешить? Они еще сами не захотят вылезать, когда прибудем на место. Первый раз, что ли…
– Называй меня «гражданин капитан» или «сэр», – благодушно произнес Громов. – Осмелюсь напомнить, что наши переговоры записываются нейросистемой корабля. Вдруг случится что непредвиденное, безопасники начнут изучать записи и выяснят, что я распустил команду до предела, допускаю всякие фамильярности в адрес первой персоны после Зодчего…
– Да что тут может случиться, – отмахнулся Пешич. – Черный Доктор из пылевого облака выпрыгнет?..
– Тогда уж и меня называйте «гражданин первый пилот», сэр, – внезапно встряла Нина. – Согласно Уставу.
Второй помощник Анна Аронштам встревоженно переглянулась с первым, тот восторженно показал большой палец. Кажется, намечалось небольшое представление.
Однако капитан Громов сегодня был настроен более чем миролюбиво.
– Разумно, гражданин первый пилот. Придерживайтесь выбранного курса.
Сангада не нарвалась на немедленную отповедь, но пару штрафных очков на будущее определенно заработала. Капитан Мисс Синтии отнюдь не был злопамятным типом, он не был даже просто злым. Но вот на память никогда не жаловался и всегда скрупулезно отмечал в уме все, происходившее в ходовой рубке. Если девушка будет продолжать в том же духе, после этого рейса ей вполне могут вручить черную метку с формулировкой «психологическая несовместимость с экипажем». Не так следует вливаться в новый коллектив, совсем не так.
По мере удаления от Метрополии пространство за бортом понемногу очищалось. Соударения с частицами пыли происходили все реже, броня Мисс Синтии начала остывать.