— Погодите, — сипло проговорил десантник. — А откуда тут вдруг паучьи коконы? Ребята, вы что, ничего не замечаете? Амос, ты действительно думаешь, что полдюжины уродцев-модификантов, старый нуль-передатчик и зачехленные процессоры в заброшенной лаборатории безо всякой охраны — это и есть грандиозная военная тайна грозной Арагоны?..
— Купер, отдыхай пока, я же сказал, — прервал его командир. — Нам надо закончить миссию. Не волнуйся, я позволю тебе лично прикончить одного из этих головастиков…
Миссия! Черт, вот оно! Одно-единственное неосторожно оброненное Мигелем Понтекорво слово потащило за собой из подсознания длинную ассоциативную цепочку, и Фред Купер внезапно со всей очевидностью понял, где именно они находятся.
Легионер в изумлении смотрел на командира и доктора, хлопочущих вокруг Фактора. Реальность вокруг него словно раздвоилась. Он прекрасно понимал, что это безумие, что такого просто не может быть, что в привычном ему мире имперской логики и рациональности кадровых разведчиков невозможно обмануть картонными стенами и идиотскими эмбрионами в паучьих коконах, — и в то же время он, не веря своим глазам, видел, что его боевых товарищей совершенно не удивляет пустынная база, удобный вход, отсутствие охраны и бредовая конструкция Фактора. Конструкция, которую любят изображать в фантастических комиксах — из-за того, что она очень внушительно и зловеще выглядит.
Внушительно и зловеще — но только для детей.
Фред несколько раз моргнул, зажмурился, ущипнул себя за руку. У него возникло предположение, что он заснул в траве после секса с Ларой и весь этот бред ему только снится. Однако проснуться никак не получалось.
— Эй! — не выдержал Купер. — Ребята!
Никто не отреагировал.
— Лара!
— Что? — девушка обернулась к напарнику. — Чего ты кричишь? Успокойся, все в порядке. Мы победили.
Купер не знал, как поступить. В такой ситуации он еще ни разу не оказывался. Подсознание вовсю било тревогу, но десантник не знал, что делать в сложившейся обстановке.
— «Лига Мутантов», — внезапно сказал он, глядя на командира.
— Что — лига мутантов? — не понял полковник.
— Есть такая нейроигра — «Лига Мутантов». Я ее обожал в детстве. Она сделана на основе комиксов — там еще были фильмы, книги, сериал по 4D. Неужели не помните? Знаменитая игра была в свое время. Так вот, вся эта лаборатория скопирована с одного из уровней «Лиги Мутантов». Четвертая или пятая часть, не помню точно. Была там такая миссия. — При слове «миссия» Фред горько усмехнулся. — Вражеская лаборатория «Осознание» на мертвой планете Монолит — вот что это такое. Во всех деталях. Вон даже скелет в синем халате — точно такой же, как в игрушке, и точно в такой же позе. Это липа! Нас надувают!
— Фред, ты переутомился, — уверенно заявила Лара, шагнув к нему.
— Стоп! — выкрикнул он, вскидывая бластер. — Все пока остаются на местах! Я понятия не имею, что происходит, но происходить этого не может никак. Это бред какой-то! Вы сами не чувствуете нереальности происходящего? Это же мультфильм! Комикс! Я думал, сплю, но нет, проснуться не получается. Мне кажется, нас заманивают в ловушку…
— Купер, перестань, — отмахнулся Понтекорво. — Все вымотались, ты тоже устал…
В тот момент, когда мастер-сержант осознал, что командир крошечными шажками, не отрывая ступни от пола, подкрадывается все ближе к нему, полковник внезапно с места бросился вперед, и Фред совершенно автоматически полоснул командира длинной очередью поперек груди.
И тут же по глазам ударил яркий свет. Кто-то светил Фреду нашлемным фонариком прямо в лицо, сначала в один глаз, потом в другой.
Фред ошеломленно повернул голову. Вдоль потолка комнаты в полуразрушенном небоскребе висели паучьи коконы — только не с эмбрионами-сенситивами, а с паучатами и запасами пищи для них. Купер лежал на спине, рядом с ним валялся черный громила Блэк, а доктор Каплан сидел над ними на корточках с сосредоточенным видом, держа в руке опустошенный инъектор. Лара, Тихонов и Понтекорво с вытянутыми лицами стояли за спиной аналитика.
— Тихо, тихо, успокойся! — Амос придержал десантника за плечи, когда тот попытался подняться. — Полежи немного, приди в себя. Все уже закончилось.
— Что случилось? — шевельнул пересохшими губами Купер.
— Тебя укусил арахноид, — объяснил доктор. — И Блэка тоже. Яд определенно галлюциногенный. Убивает не сразу, сначала жертва впадает в состояние вроде наркотического опьянения. Потом пауки заматывают ее в кокон, и консервы готовы. Жертвы при этом не сопротивляются — они, похоже, видят привычную реальность, продолжают привычную деятельность, мысленно идут по своим делам. У тебя явно были очень сильные галлюцинации. Дергался, кричал про какую-то лигу мутантов, ловушку… Но ты все-таки высокоорганизованное существо, и обмануть тебя, похоже, оказалось не так просто, как птероида какого-нибудь. Ты ведь явно заподозрил неладное, верно?
— Что с майором? — прохрипел Фред.
— Жив твой майор! Хотя и пострадал здорово — его ведь укусили дважды. Я вколол вам обоим средство, нейтрализующее яд, но на здоровяка доза действует медленнее. Ничего, сейчас очухается…
— Вот дьявол! — Купер помотал головой. — А мне такое привиделось… Будто мы нашли Фактор, а добрались до него на птероидах… Только это оказался не Фактор, а черт знает что — какие-то паутинные коконы без всякой охраны… А, ну да, понятно, это подсознание сыграло со мной шутку — эти коконы поразили мое воображение здесь, вот оно и подсунуло мне их в галлюцинацию… И еще мне снилось, что я убил Блэка, и что мы потеряли мокрицу… — Он вдруг встревожился: — Стоп! Или это случилось до того, как меня укусили?
— Расслабься, — Лара присела рядом с ним на корточки, положила ему руку на лоб. — Ничего мы не потеряли. Механоида у хищников отбили, а ворота внизу завалили плитами облицовочной коры. Так что у нас есть хороший шанс вырваться из города. Скоро рассвет.
— Если прикрыться от дактилей плотным огнем, точно вырвемся, — кивнул Понтекорво. — Шансы определенно есть. Так что быстренько приходи в себя, надо двигать.
Лара пытливо заглянула Куперу в глаза.
— Ну, как ты? — спросила она.
— Так себе, — честно признался Купер. Его начало колотить от пережитого, руки ходуном ходили.
— Тебя же трясет всего, — встревоженно сказала Розен и протянула руку: — Давай-ка сюда метатель, еще поранишь кого-нибудь ненароком.
Фред вытянул к ней руку с бластером и вдруг замер. Пару мгновений он размышлял, а потом резким движением оттолкнул девушку от себя. От неожиданности она повалилась на пол.
— Ты с ума сошел?! — вытаращив глаза, спросила Лара.
Вела она себя вполне достоверно, но ощущение очередной подделки не покидало Купера. Просто в этот раз фальшивка оказалась искуснее предыдущей.
— Откуда у тебя средство против паучьего яда? — спросил десантник, в упор глядя на доктора.
— В чем дело, боец? — Понтекорво развернулся к нему, но мастер-сержант угрожающе вздернул бластер. — Это же стандартный препарат против любых органических ядов! Он из аптечки мокрицы! Доктор, скажи ему!
— Почему меня все время хотят разоружить? — сквозь зубы процедил Фред.
— У него все еще шок после сильных галлюцинаций, — вполголоса объяснил Каплан, тревожно глядя на оружие, гуляющее в руках мастер-сержанта. — Ощущение реальности очень зыбкое. Он еще не вполне соображает, что происходит. Не хватает только, чтобы он нас всех тут перебил из-за своих дурацких иллюзий…
Купер смотрел на разведчиков, как затравленный волк. В отдельных мелочах происходящее казалось ему довольно странным, но это действительно могло быть следствием шока. Странности можно было списать на собственную резко возросшую подозрительность после пережитого. В конце концов, самое странное — это когда в твоей картине мира нет абсолютно никаких странностей. Вот тогда уже точно можно начинать подозревать, что кто-то промывает тебе мозги и подменяет ее искусственной…
Фред встрепенулся, как ужаленный. А если загадочный Фактор способен управлять не только морфами? Во время разгромленного десанта никто вроде бы не пытался брать людей под контроль — но что, если в этом просто не было необходимости? Арагонцам не нужны были зомбированные бойцы, им была нужна техника. Может быть, сейчас как раз включился защитный механизм Фактора — искажать реальность для потенциального противника при его приближении, не давать ему возможности действовать продуктивно? Что, если после посадки на поляну Фактор просто перехватил контроль над сознанием разведчиков и они теперь тупо сидят в брошенной лаборатории под пальцами каменного великана и беседуют с воображаемыми персонажами вместо того, чтобы выполнять задание? И что в таком случае может помочь ему побороть наваждение? Самоконтроль? Воля? Но как ими воспользоваться, если поддельная реальность настолько убедительна, что организм верит в нее на инстинктивном уровне и в упор не видит реальности настоящей?