Но через мгновение их обоих еще сильнее рвануло вниз — когда натянулись растительные волокна троса из штатного снаряжения штурмовой биоброни, одним концом обвитые вокруг талии десантницы, а другим — вокруг ствола ближайшего дерева. Несмотря на вес и скорость птероида, нагрузку они выдержали. Лара вскрикнула от боли, а крылатая тварь, моментально потеряв скорость, кувыркнулась через голову и рухнула на поляну. Бросив добычу, оглушенный монстр сразу попытался разогнаться для взлета, но его длинные крылья волочились по земле, и быстро взмыть в небо у него не было никакой возможности. Вынырнувший из кустов Каплан прыгнул на крыло биоморфа, выворачивая его и пытаясь прижать к земле, Купер привычно ухватился за шею, держась подальше от внушительных зубов, как он привык обходиться с рептилоидами в подразделении, а Тихонов руками разодрал заросшую на боку дактиля мембрану и полез к нему в брюхо. Через полминуты хищник перестал сопротивляться и уселся на лапы, недовольно клокоча и поскрипывая.
— Лара, ты как? — Купер помог напарнице подняться и отцепить трос.
— Поясницу потянула из-за этого гада… — проговорила она, осторожно вращая тазом. — Нормально. Дышу вроде, хоть и с трудом.
Разведчики забрались в чрево морфа, и биомеханик поднял его в воздух. Вчетвером тут было тесновато, приходилось лететь, скорчившись и тесно прижавшись друг к другу, но других вариантов не имелось.
— И куда мы теперь? — поинтересовалась Розен.
— Думаю, туда же, куда и командир, — безмятежно отозвался Тихонов. — Видишь, из-за горизонта поднимаются клубы дыма? Если есть дым, значит, кто-то устроил пожар. И скорее всего, это были люди. А где в окрестностях могут быть люди? Да на арагонской базе, где же еще!
— Он мне больше не командир, — поджала губы Лара.
— Мне тоже. Считай, что это была фигура речи.
— И что, мы собираемся так вот, без всякой подготовки, высадиться на вражеской базе? — продолжала допытываться девушка.
— Нет, красавица. Для начала мы собираемся провести разведку с воздуха. Думаешь, можно отличить нашего морфа от десятков других? Сомневаюсь.
Минут через десять полета вдали показались развесистые мачты нуль-связи.
— Точно, база, — довольно сказал Антон. — В яблочко.
Дикие птероиды кружили над полуразрушенными строениями, но, к удивлению разведчиков, никто не вел по ним огня. Тихонов заставил морфа снизиться и описать круг над огражденным периметром. Все уставились на ходовой монитор. База была пуста, на стенах зданий местами поблескивала паутина, вдоль ограждения с внешней стороны дымились трупы зверомутантов. От брошенных арагонцами биоморфов остались только огромные кости и хитиновые остовы, разбросанные внутри периметра. Наземных диких морфов видно не было: разгромив базу, армия зверокомбатантов покатилась дальше на запад в поисках приключений.
— Великий Зодчий… — прошептала Лара. — Кажется, мы немного опоздали.
— Надеюсь, кости Мигеля тоже украшают территорию, — пробурчал капитан.
— Сомневаюсь, — развеял его надежды Амос Каплан. — Тут явно был бой. И бой суровый. Но посмотрите, нигде нет скелетов тяжелых птероидов. О чем это говорит?
— О масштабной эвакуации, — ответил Фред.
— Вот именно. Скорее всего, была паника. Понтекорво пробрался сюда, воспользовавшись невидимостью, потом выключил ее, смешался с толпой и эвакуировался отсюда вместе со всеми. Он может быть уже на полпути к столице.
— Твою же мать, — с великим сожалением произнес Тихонов.
— Он все тонко рассчитал, — восхищенно покачал головой доктор Каплан. — Какая светлая голова — и для каких целей он ее использует, а? Я бы охотно взял его в наш аналитический отдел, если бы ему не светили рудники Башорга.
— Смотрите, вон он! — закричала вдруг Лара, тыча пальцем вниз. — Башорг его не дождется, потому что он предпочел сдохнуть на Арагоне!..
Антон вывел дактиля на второй круг и заставил его мягко приземлиться на перепачканную кровью посадочную площадку. Поглядывая в небо, где по-прежнему крутились дикие птероиды, разведчики один за другим выпрыгнули из транспорта и двинулись к периметру, где среди скелетов и фрагментов тел других неудачников чернели на земле доспехи штурмовика группы «Зеро».
— Великий Зодчий! — проговорил Купер. — Неужели ему конец? Если так, уйду в отшельники и начну праведную жизнь!
— Зачем ты впустую бросаешься такими клятвами? — укоризненно покачала головой Лара. — Когда настанет время побеседовать с Верховным Архитектором, тебе будет очень стыдно…
— Я же не уточнил, когда именно покончу с житейскими радостями, — резонно заметил Фред. — Думаю, лет семьдесят до ухода в монастырь у меня еще есть. И вообще я не думаю, что Зодчий — зануда вроде тебя. Глядя на этот мир, я подозреваю, что у него очень тонкое и язвительное чувство юмора. Надеюсь, мы с ним найдем общий язык и поделимся друг с другом парой свежих анекдотов…
Разведчики приблизились к штурмовой броне, но панцирь оказался пуст. Чуть в стороне лежал дочиста обглоданный человеческий скелет. Розен мстительно пнула доспехи Понтекорво, и из них выкатился тот самый биоконтейнер, в котором когда-то находился образец Фактора.
Лару внезапно что-то крайне заинтересовало; она присела на корточки, внимательно разглядывая контейнер.
— Зачем же он разделся? — удивился Тихонов. — Решил покончить с собой?
— Эта гадина раздела мертвого охранника базы и забрала его форму! — догадался доктор Каплан. — Вот тебе и крюк с гарпунным прихватом! Сделал он нас, как курсантов!..
— Ребята… — тихо сказала девушка. — Возможно, я сошла с ума, но… Вы видите этот контейнер?
— Ну? — отозвался Купер.
— Я ошибаюсь или он действительно закрыт?
— И? — не сразу понял Тихонов.
— А ты бы стал закрывать контейнер после того, как забрал из него нужное? Особенно если опаздываешь на эвакуацию?
— Зачем? Некогда. Бросил бы на землю.
— Вот именно. Все мужики так поступают. Почему же этот закрыт?..
Купер с изумлением посмотрел на нее. Потом перевел взгляд на биоконтейнер.
— А самое главное, — тихо произнесла Лара, — для чего бы ему вообще куда-то перекладывать образец, если это — самая удобная и безопасная тара для биологически активных веществ?
Она решительно подняла с земли контейнер, вскрыла его и осторожно заглянула внутрь.
— Надо быть женщиной, чтобы сразу обратить внимание на такую мелочь, — усмехнулся Каплан. — Я опоздал заметить это ровно на секунду, хоть и аналитик. Но мне явно не хватает эстрогена в организме.
— Это что же, он улетел без образца?! — Тихонов никак не мог поверить в происходящее. — Нет, правда?!
— Великий Зодчий! — Купер негромко хохотнул. — Сильно спешил, наверное. Переоделся впопыхах, пока не заметили, и полез в птероида, даже не сообразив, что контейнер-то остался в старом костюме…
— Самые опытные кадровые разведчики порой сыплются на каких-нибудь мелочах, — флегматично заметил доктор Каплан. — От постоянного напряжения человек просто устает все время контролировать свое поведение, и иногда подсознание агента из чувства протеста выкидывает удивительные штуки. Возможно, совесть не окончательно умерла в нашем приятеле, а просто была загнана в самый дальний угол подсознания, откуда и отомстила вот таким причудливым образом.
— Так он нам теперь не нужен ни за каким дьяволом! — воскликнула Лара. — Получается, он наказал сам себя. Я представляю себе его рожу, когда до него дойдет, что он теперь до конца жизни обречен прозябать в Обитаемых Секторах без средств к существованию, когда был в двух шагах от богатства! Это изысканное наказание, однозначно лучше закрытого трибунала, лучше Башорга и, пожалуй, получше смерти в паучьем логове. Определенно лучше! Так ты идешь в отшельники, Фред?
— Там видно будет, — уклончиво ответил десантник. — Но чувство юмора Зодчего мне по-преджему нравится.
— Ну, хвала Архитектору, что все так закончилось, — вздохнул Каплан. — А теперь надо отсюда сваливать, пока не нагрянули войска.
— Сваливать непременно надо, — согласился Тихонов, — но на этом дактиле мы до столицы не доберемся. Во-первых, он маловат и не приспособлен для такого путешествия — все-таки дикий, немало важных функций утратил. И во-вторых, на этом уродце нас сразу накроет патруль. С первого взгляда видно, что нестандартный образец. А патрулей по дороге к столице, боюсь, будет много из-за того шороху, что мы тут наделали.