— И что там, впереди, совсем глухо? — Фред никак не мог поверить, что столько усилий пошло прахом из-за одной нелепой помехи.
— На ощупь глухо, — подтвердил Антон. — Я как раз сейчас опираюсь на край колодца и пытаюсь достать рукой до противоположного, но никак. Можно было бы попытаться перепрыгнуть, конечно, но для этого все-таки нужно видеть другой край. Хотя бы знать, на каком расстоянии он находится. По-видимому, все горизонтальные вентиляционные короба сходятся в эту вертикальную шахту, которая одним концом в подвале, а другим на крыше. Соответственно, размеры у нее могут быть какие угодно.
— Была бы веревка… — безнадежно протянул Фред. — И гарпун…
— А еще лучше ангельские крылья за спиной, — мрачно подхватил Тихонов. — По паре на каждого члена группы. Или небольшой птероид на реактивной тяге…
— А что, если нам вырезать в стеновых панелях дыры для рук и ног? — предложила вдруг Лара. — И, цепляясь за них, перебраться на ту сторону. Фред, помнишь тренажер для скалолазания без страховки на полигоне? Только на нем были выступы, чтобы хвататься, а тут будут отверстия.
— Чем мы вырежем отверстия, красавица? — Лица капитана имперской безопасности не было видно в темноте, но голос звучал так, что сомнений не оставалось: он досадливо морщится. — Я понимаю, конечно, что полимерцеллюлоза — не самый прочный и уважаемый строительный материал, но я, пожалуй, не рискну пробивать его кулаком…
— Зачем кулаком? Можно взрезать виброножом.
— Ах, ну да, конечно! Виброножом! Как же я сам не догадался? Все предельно просто — взрезать виброножом! Ну, теперь остались сущие пустяки. Давай мне вибронож, подруга, и я охотно…
— На.
— Что?! — разом приглушенно воскликнули Антон и Фред.
— Откуда у тебя нож? — поразился Купер, нащупав руку Лары с зажатой в ней рукоятью армейского саперного ножа.
— Что значит — откуда? Обыскала мертвого штурмовика и припрятала, — чуть смутившись, ответила девушка. — Капитан слишком быстро ускакал с бластером, чтобы я успела поделиться с ним находкой, а ты возился с вентиляционной решеткой…
— Припрятала? — тупо переспросил Тихонов. — Где? У тебя же карманов нет!
— Ты действительно хочешь это знать? — неожиданно вспыхнула Лара. — Включи фантазию! Где взрослая женщина может спрятать штуку таких размеров?!
До биомеханика понемногу начало доходить. Хотя он все равно никак не мог понять, издевается Розен над ними или нет.
— Режь давай, — хладнокровно посоветовал Купер Антону. Смекалка всегда отличала элитные войска легионеров, и Лара действовала по обстановке. Хотя, конечно, в глубине души мастер-сержант тоже подивился находчивости напарницы. — Но лучше бы это, конечно, был плазменный метатель.
— Метатель бы точно не влез, — буркнула Розен.
Судя по вжикающему звуку, Тихонов получил нож и выпустил мономолекулярную нить.
— За ремень меня держите, — распорядился он, видимо, собираясь нависнуть над шахтой высотой в две сотни метров, чтобы добраться до стены.
Это касалось Лары, но Купер на всякий случай обхватил девушку за талию, чтобы биомеханик своим весом не утянул ее в бездну. Вибронож с отчетливым скрипом вонзился в полимерцеллюлозу — оставалось только надеяться, что рядом уже нет арагонских штурмовиков.
— Самое трудное будет вначале, — пыхтя, сказал Антон. — Пока не приноровишься.
— И еще потом, когда устанешь, — утешил его Купер.
В общем-то, он не завидовал кадровому разведчику, прекрасно понимая, что это значит — в полной темноте резать стену, на которой висишь в самом неудобном положении головой вниз, мономолекулярным лезвием, способным при первом же неосторожном движении отхватить тебе руку. Впрочем, темнота уже не казалась такой непроглядной, как раньше, в плавающей перед глазами мгле Фред понемногу начал смутно различать фигуру Лары. А это означало, что какой-то очень слабый источник света в трубе все же имеется — к абсолютной темноте человеческое зрение адаптироваться не способно. Вероятно, рассеянный свет на грани видимости проникал в шахту через вентиляционные решетки на крыше небоскреба.
Судя по звукам впереди, Тихонов осторожно соскользнул вниз и вставил ботинок в вырубленное отверстие. Побалансировав на одной ноге для проверки устойчивости, он быстро вырезал вторую дыру и встал на обе ноги. Во тьме Купер сумел различить, что теперь биомеханик по пояс возвышается над полом.
Дело пошло быстро — молекулярная нить рассекала структурные решетки полимерцеллюлозы, словно горячий нож масло. Через несколько минут Тихонов, цепляясь руками и ногами за проделанные отверстия, преодолел половину расстояния до горизонтального коридора вентиляции второго крыла.
А потом из темноты донеслось приглушенное проклятие, и вниз с тихим шорохом посыпалась какая-то труха.
— Эй! — встревожился мастер-сержант. — Что случилось, командир?
Тихонов ответил не сразу.
— Чуть не отправился на первый этаж без лифта, — поведал он, не без труда справившись с дыханием. — Кизлода гантарва, как говорят в таких случаях наши местные приятели!
— Что случи…
— Тихо. Не сбивайте с ритма.
Снова заскрипел нож — и снова, почти без перерыва, раздался негромкий шорох. Расширившимися ноздрями Фред уловил запах целлюлозной пыли, облако которой поползло по вентиляционной трубе.
— Кажется, приехали, ребята, — убитым голосом сообщил капитан. — Та секция здания, когда пыталась обрушиться, сползала по этой стене и истерла ее практически в порошок. Куда ни ткни — рассыпается. Даже если я сумею вырезать в ней отверстия, веса человека она не выдержит. Подломится. Да и внизу могут заинтересоваться, что это там за хрень все время сыплется за стенкой.
— Антон, возвращайся, — позвала Лара. — Надо искать другой выход. Еще не хватало, чтобы ты кувыркнулся.
— Спасибо за заботу, красавица, — отозвался биомеханик. — Я всегда верил, что небезразличен тебе.
— Меня больше заботит, что мы можем остаться без виброножа. Ничего личного, конечно.
— Возвращайся, командир, — поддержал Купер. — Нет времени. Надо немедленно выбираться из вентиляции.
В чуть расступившейся темноте был виден черный силуэт Антона, неподвижно повисший на вертикальной стене. Задрав голову, капитан смотрел вверх.
— У меня есть идея получше, — задумчиво проговорил он. — Можно попробовать выбраться на крышу.
— Там же штурмовики, морфы и снайперы!.. — напомнила Лара.
— Киноиды сейчас, высунув языки, прочесывают наше крыло, — размышлял вслух Тихонов. — Туда наверняка согнали всех оставшихся, мы их здорово проредили. Розен, давай-ка двигай следом за мной. Других вариантов у нас нет. Нам надо преодолеть всего пару этажей… — Он еще не закончил говорить, когда с его стороны уже снова донесся скрип ножа. Затем еще и еще раз — теперь чуть выше.
— Это самоубийство, — вздохнул Фред.
— Самоубийство — это сидеть на месте и ничего не делать. Нечего зря время терять.
Девушка наконец решилась и поползла вперед. Купер придерживал ее за бока, пока она не нащупала первое отверстие для ноги.
— Все, стою, — сообщила она. — Можешь отпускать.
Купер перебрался на вертикальную стену следом за ней. Перелезать от отверстия к отверстию оказалось куда легче, чем на тренажере для скалолазания. Там приходилось прикладывать дополнительные усилия, чтобы держаться на пальцах, а тут можно было уверенно опираться на ноги, нагрузка на руки была минимальной. Проблема состояла лишь в том, что биомеханик инстинктивно вырубал отверстия под свой рост, и Куперу приходилось основательно выпячивать задницу, с каждым движением рискуя потерять равновесие.
Между тем Тихонов уверенно и целеустремленно карабкался наверх. Судя по непрерывному движению воздуха, на самом верху беззвучно вращалась турбина гигантского вентилятора, но биомеханик, как и обещал, без особого труда блокировал ее, тем более что теперь в его распоряжении был вибронож. Цепляясь левой рукой за стену, правой Фред принимал от Лары куски разрезанной турбины и выпихивал их в ближайший горизонтальный вентиляционный коридор, выходивший в шахту на уровне его груди.
Вскоре до легионеров донесся едва различимый шепот разведчика: