И все же лететь на освобожденном из паучьего кокона дактиле было намного лучше, чем в этом коконе пребывать. Если бы группа полковника Понтекорво задержалась в городе еще хоть на час, дело тем и закончилось бы. Потерю одного лишь Блэка можно было считать если и не чудом, то по крайней мере большим везением. Однако потеря друга и коллеги — это всегда потеря. Даже на Купера, привыкшего к массовой гибели подчиненных из десантного взвода, страшная кончина майора произвела удручающее впечатление. Остальные тоже подавленно молчали. Кроме всего прочего, эта нелепая смерть напомнила имперским агентам, что их миссия предельно опасна и каждый из них может погибнуть в любой момент.
— Командир! — позвал вдруг Тихонов по каналу связи. — Слышишь меня?
— Слышу, — ответил Понтекорво. — Что у тебя?
— По моим прикидкам, до цели осталось минут пятнадцать лету, — ответил биотехник. — Но в темноте и без радара мы ее промахнем. К тому же если базу охраняют зенитные морфы, приближаться вплотную может быть слишком рискованно. Надо садиться и дожидаться рассвета.
Понтекорво задумался.
— На земле может быть полно диких морфов.
— Но мы не можем кружить всю ночь, дактили выдохнутся. Да и поспать бы неплохо перед разведкой и штурмом. Сколько времени мы уже на ногах…
— Ладно, — принял решение командир. — Садимся. Всем быть наготове. В случае малейшей опасности — взлет.
— Есть, — отозвался Тихонов.
Через пару минут дактили коснулись земли и вразвалку, как гуси, побежали по поляне.
— Купер и Розен, наружу! — скомандовал Понтекорво. — Осмотреться. Остальным оставаться на местах, бдительности не терять.
Фред распахнул мембрану люка и выскочил из отсека. Лара спрыгнула следом, присела на одно колено, обводя окрестности бластером.
Дактили приземлились на большой поляне метров ста в диаметре. Проплешина была овальной формы, Купер решил, что это след от очень старого взрыва или дистанционной кислотной атаки. Учитывая близость исследовательской базы, вполне могло быть и так. Поляну со всех сторон окружали темные стены деревьев. Чуть поодаль, ближе к ее середине, в темноте виднелись вертикальные камни высотой метра по три, торчавшие в небо, как пальцы пытающегося выбраться из-под земли великана. Следов активности диких морфов заметно не было.
— Вроде чисто, — негромко доложил Купер по коммуникатору. — Пространство открытое, видно хорошо, дистанция до леса — около пятидесяти метров.
— На мониторах не видно ни черта, — пожаловался Тихонов. — Еле приземлились. Кажется, за несколько поколений глаза дактилей утратили функцию ночного зрения. А и действительно, зачем им, если они дневные хищники. Командир, надо установить дежурство, всем вылезать наружу не стоит. И мне надо поспать. Обязательно. Хоть полчаса. Иначе я сдохну у вас на руках.
— Разумно, — согласился полковник. — Дежурим по двое, по два часа. Первыми Купер и Розен, раз уж они уже снаружи, потом мы с Антоном. Амос, ты отдыхаешь до утра, завтра нам понадобится твоя светлая голова. Далеко до точки, указанной Малфоем?
— Трудно сказать, — отетил биомеханик. — Она где-то здесь, в окрестностях. Без навигации точнее сказать не могу. Надо будет после рассвета покружить над лесом, наверняка сверху увидим признаки базы.
— Хорошо. — Понтекорво такой ответ удовлетворил. — Купер, приступайте к дежурству, мы с Капланом пока отдыхаем. Через два часа сменим вас.
— А если вдруг что? — спросил Фред.
— Стреляй, — фыркнул командир. — Для разведчика это лучший будильник.
— Ясно.
На поляне росла невысокая, но густая трава, тут и там валялись небольшие покатые валуны. Десантники обследовали поляну по периметру, стараясь не слишком приближаться к темной линии зарослей, но не обнаружили никакой опасности. Вернувшись к дактилям, Купер присел на один из валунов — усталость брала свое. Лара уселась рядом.
— Нет тут никаких диких морфов, — убежденно заявила она, озираясь по сторонам.
— С чего ты взяла? — удивился Фред.
— Не знаю. Совершенно не чувствую опасности. Я ведь все-таки погонщик, привыкла такие вещи улавливать на ментальном уровне, почти как сенситив… Похоже, все хищные твари остались в городе. Каплан говорил, что у них там замкнутая экосистема с короткой пищевой цепочкой. Там они, наверное, и пасутся.
— Тем лучше, — пробурчал Купер. — Век бы их не видать…
— Точно! — Лара сползла в траву и опрокинулась на спину, раскинув руки. — Несколько часов передышки… Разве не здорово? Романтика! Тепло, хорошо, звезды…
Купер посмотрел в небо. Звезды на Арагоне действительно были удивительными. Шаровое скопление центра Галактики полыхало миллиардами алмазных искр, от него расходились в разные стороны две широкие спирали Млечного Пути. Если бы еще три года назад кто-нибудь сказал ему, что однажды он, выполняя ответственное задание Службы Безопасности Империи, несколько раз подряд чудом спасшись от смерти, окажется вдруг под потрясающим звездным небом рядом с любимой женщиной, ближе и роднее которой у него нет и никогда не было, он бы захохотал во все горло, найдя эту шутку весьма удачной.
У его ног послышался легкий шорох. Фред опустил голову и обнаружил, что Лара успела скинуть с себя всю одежду и выпрямилась перед ним во весь рост совершенно обнаженная. Казалось, она блаженно купается в струях звездного света, полуприкрыв глаза от удовольствия.
«Ты с ума сошла? — одними губами панически проговорил Фред, изо всех сил надеясь, что командир уже вырубил связь, чтобы переговоры десантников не мешали ему спать. — Сейчас выскочит кто-нибудь из леса, умрешь голой!»
Девушка решительно помотала головой: не выскочит! Нет тут никого. Положила руки на плечи парню. Беззвучно шевельнула губами: «Буаня ми, андагн, бата-бата!»
— Говори по-человечески, — фыркнул Купер, — я этого собачьего языка не понимаю.
«Гантарва! — снова отчетливо и беззвучно проартикулировала Лара, одним махом оседлав его колени. — Половое размножение! Хватит уже меня мучить, сукин ты сын!»
Она прильнула к нему всем телом, таким желанным, нежным и податливым. Несмотря на усталость, организм парня незамедлительно отреагировал на опасную близость обнаженной женщины: кровь бросилась в голову и прихлынула к чреслам, сердце забилось так, что в ушах засвистело. Лара повозилась у Фреда на коленях, устраиваясь поудобнее, придвинулась еще ближе, осторожно коснулась полураскрытыми губами его губ. Ее прикосновения были упругими и теплыми, а дыхание — частым и прерывистым. У Купера закружилась голова, он потянул девушку вниз, на ходу сбрасывая биоброню, и они заключили друг друга в жаркие объятия на ковре из густой травы. Мужчина и женщина сцепились неистово, как дикие морфы, обученные половому размножению, и так же неистово полыхали над ними огромные арагонские звезды. Однако, несмотря на поглотивший их вихрь страсти, оба не издавали ни звука, помня о работающих коммуникаторах.
Когда гормональная буря наконец улеглась и нестерпимая страсть оказалась утолена, Лара как ни в чем не бывало поднялась на ноги и принялась надевать рубашку.
— Черт, — тихо проронила она, подставив лицо сиянию ночных светил. — Наконец-то.
— Да, — стараясь не выдать себя в эфире тяжелым дыханием, ответил Фред. — Согласен.
Он тоже встал, оделся и поднял бластер. После такой встряски спать уже не хотелось. В голове у него сумбурно метались обрывки мыслей. К подобному чрезвычайному происшествию на дежурстве он оказался не готов совершенно.
— Пойдем глянем, что там за камни в центре поляны! — предложила Лара.
Купер не возражал. С этой девушкой он теперь готов был идти куда угодно — да хотя бы и обратно в столицу, через город гигантских пауков и хищных крылатых ящеров.