Мы с Тосканини первым делом читаем партитуру. Шуберт, Майер и «примкнувший к ним» Горовиц просматривают тексты песен. Со стороны троицы раздаются довольно-таки «непарламентские» комментарии и громкий хохот Маркуса, вперемежку с совсем уж нецензурными словосочетаниями на идиш. Некоторые даже не совсем понимаю и мысленно делаю себе пометочку, потом отдельно поинтересоваться у Владимира Самойловича на этот счёт.
Партитура в порядке, переглядываемся с Артуро, и он пожимает плечами: — Без изменений! — после чего присоединяется к троице комментаторов, тем более что Шуберт уже достал коньяк и наливает всем желающим. Так… Джейкоба на завтра уже можно из «списка посетителей» вычёркивать. Иначе он своим храпом мне всю репетицию сорвёт, а то что сегодня к вечеру он «нарежется до изумления» понятно по его целеустремлённому взгляду на бутылку.
Беру в руки сценарий, начинаю читать и понимаю, что журналисты не то что бы что-нибудь наврали в своих публикациях, так ещё и половины этого «шедевра» не озвучили. А я-то гадал, с какого это перепуга Франция по дипломатическим каналам вдруг выразила «Решительный протест» Германии. Папа Римский чуть ли не энциклику выпустил, но всё-таки ограничился только страстной воскресной проповедью, призывающей всех христиан к покаянию в грехах и к прекращению насилия. Отметился даже Бенитто Муссолини, что у меня вызвало почти что когнитивный диссонанс. В своём выступлении с трибуны перед сторонниками фашистской партии он прямо сказал:
— Гордиться славными делами своих предков имеют право только те народы, что этих предков имеют. «Тридцать веков истории позволяют нам с величайшей жалостью смотреть на некоторые доктрины, проповедуемые за Альпами потомками тех, кто был неграмотен, когда в Риме были Цезарь, Вергилий и Август». © Гитлер — это современный Атилла, вождь варваров. «Германия являясь страной варваров по-прежнему остаётся извечным врагом Рима». © — что это? Было ли такое в моей истории? Вот дьявол, совсем не помню.
Хм, оказывается я оказался прав в своём прогнозе, что «не одна только Франция вздрогнет», но так и есть с чего. Изменений в «немецком сценарии» по сравнению с оригинальным текстом романа немного, но они довольно существенны. В финале мюзикла выясняется, что Гудула (в сценарии — Герда Шехтель), мать Эсмеральды, на самом деле принадлежит к древнему германскому роду и после подлого убийства своего мужа французскими разбойниками, не имея средств вернуться на родину, вынуждена остаться во Франции чтоб в одиночестве выносить и родить дочь.
Во время воскресной мессы Фролло, прямо в кафедральном соборе дочурку Герды выкрали из детской корзиночки и подменили на своего уродца «подлые цыгане». К мольбам безутешной матери о помощи в розыске своей малютки молодой Архидиакон остаётся глух и выгоняет несчастную женщину из храма. От горя и потрясения сломленная женщина вмиг седеет и превращается в старуху, а вскоре вообще исчезает с людских глаз. Поселившись в келье при храме и став «сестрой Гудулой», она не оставляет надежд отыскать свою дочь, но бродя по подвалам Собора однажды натыкается на следы мерзкого ритуала и понимает, что Архидиакон на самом деле является чернокнижником и слугой врага рода человеческого. Гудула бежит из Собора и поселяется в лесной хижине, где многие годы обращает свои молитвы к душам предков, призывая их кары на голову пособника сатаны и мерзких цыган, которых она ненавидит всей душой.
Капитан Феб де Шатопер оказывается не просто падок на деньги и чрезмерно похотлив, он ещё и гнусный содомит. Сожительствует с Жеаном — младшим братом Архидиакона Фролло и ровесником Квазимодо. А звонарь в свою очередь помогает Архидиакону не только поддерживать порядок на колокольне, но оказывает всяческую помощь в проведении запретных ритуалов, надеясь с их помощью избавиться от своего увечья.
Надменная и чванливая Флёр де Лис на пару со своей коварной мамашей, обнаружив что перспективный жених и потенциальный муж «неровно дышит» к девушке-цыганке, пытаются извести красавицу Эсмеральду с помощью подкупа вездесущих евреев, в надежде на быстрое устранение конкурентки. Именно «продажные иудеи» за тридцать серебряных монет, полученных от Флёр де Лис, выдают местонахождение Эсмеральды стражникам после её побега из Собора во время бунта маргиналов «Двора чудес».