Смена кадра. Нечто вроде гостиничного номера, причем не особо дорогого, с ковром на полу, торшером, кроватью, столиком и несколькими стульями. И они обе здесь – Марина и Агнешка. Агни в какой-то прострации, а Марина смотрит на Незнакомца-человека тяжелым пронзительным взглядом. Но это невозможно – он точно знает. Теперь знает. Эти женщины никогда не встречались и даже не знали друг о друге! Между их появлениями в жизни Незнакомца-человека – большой промежуток времени. Несколько лет, кажется. Тогда почему… «Привет, Странник, – произносит Марина. – Давно не виделись!» И Незнакомца снова будто электрический заряд пронзает. Странник! Это еще не имя, но уже близко! Это было его прозвище, которое знали очень немногие, и Марина – в их числе. По сути, она была последней, кто его так называл. После ее смерти прозвище тоже умерло. Однако в этом есть что-то странное… И Агнешка ни на что не реагирует… Как вдруг еще одна волна воспоминания захлестывает Незнакомца – это же не Марина! «Кочевница?» – тихо произносит он.
Он сидит напротив Незнакомца-человека. Невзрачный мужчина лет пятидесяти, среднего роста, с серыми волосами и абсолютно неприметным лицом. Среднестатистический по всем параметрам… кроме его особых талантов, которые никак внешне не проявляются. Незнакомец знает его. Просто не помнит конкретно этой встречи. Первой, как теперь понимает… Экстрасенс класса «позитив» Московского сектора АПБР Мальцев Анатолий Сергеевич, Сид, глава НМП, Паук, верховный адепт эгрегора Сеятелей. Вот только три его ипостаси, известные Незнакомцу. Наверняка есть еще…
Паук смотрит на Незнакомца своими бесцветными глазами и произносит: «Здравствуйте. Олег Игоревич, верно?» И ответ «Можно просто Олег» будто сгорает в новой вспышке молнии. Самой яркой. Олег. Олег Игоревич Катаев! Вот как его звали до того, как он стал Посвященным Сеятелей! Человек – вольный сталкер Олег Катаев, он же сувайвор, прошедший вместе со Стрельцовым краснотайгинский ад… Человек, не отживший и больше не являющийся незнакомцем для самого себя!
Но яркость этого открытия распыляет внимание Незнакомца, и новый поток образов застает его врасплох. Это уже не фрагменты, а мелькающие секундными вспышками эпизоды его жизни, украденной у него посвящением. Ночной берег старицы, шелест черной мертвой травы, кровавое пятно, расплывающееся на груди Агнешки… Он сам, стреляющий в упор в Антона Точилина, своего друга, одержимого Черным Сталкером… Тень, его темный фантомный двойник, всаживающий нож в рыбака, в теле которого находится сознание Олега… Спасательная операция в Миленках, где Олег вместе с АПБР занимается эвакуацией мирных жителей… Орды мутантов, заполоняющих гибнущий Ковров, и капитан ФСБ Строганова, пытающаяся ударить его рукоятью пистолета… Он, лежащий без сил после первой ментальной схватки с Пауком в Коврове, и Стрельцов, который только что потерял еще одну любимую женщину, уходит убивать предводителей «лояльных»… Встреча на дороге под Ковровым, когда машину Олега останавливает Сид-Паук в теле капитана Строгановой – точка, с которой больше нет Олега Катаева, зато появляется и начинает действовать Незнакомец…
Все эти образы приходят в каком-то диком беспорядке, бессистемно, перемежаясь фрагментами из его детства, школьных лет, армейской службы, ранних сталкерских похождений, отпуска с Агнешкой на островах. Детальные, четкие воспоминания, они нагло, по-хозяйски занимают ячейки его памяти, даже не спрашивая, хочет ли хозяин, чтобы они там хранились. Интенсивность потока растет с каждой минутой, а значимость воспоминаний неуклонно стремится к нулю, но они при этом остаются до тошноты подробными. И прекращаться этот процесс, похоже, не собирается.
Вот тут Незнакомцу… нет, теперь уже Олегу Катаеву, наконец обретшему себя, делается страшно. Он понимает, в чем состоит ловушка. Пробуждение воспоминаний происходит не так, как пси-воздействие, против которого у сувайворов иммунитет. Это совсем другой процесс, ноу-хау Паука, против которого бессилен любой ментальный щит. А человеческий мозг просто не предназначен для одновременного хранения такого количества воспоминаний, да еще во всех подробностях. Способность забывать – наш предохранитель, загоняющий в глубокие архивы памяти все мелкое и незначительное, все то, чем мы не пользуемся постоянно или намеренно хотим забыть. Забываем порой и важное. Однако не дай Бог с этим предохранителем что-то случится, и он перестанет выполнять свою функцию: тогда произойдет перегрузка, последствия которой будут самыми печальными – от безумия до инсульта.