«Лояльный» недолго помолчал.
– Ты – мой последний шанс. Если не пойду с тобой – все, считай, нету меня. Был Николай Песков, да весь вышел. Гниль одна осталась амебистая, ни на что не способная. Я помогу тебе, а потом вместе с тобой сдерну из города. По-моему, план отличный. А через это дело я, глядишь, и снова уважать себя начну… Перед смертью-то!
– Ну, так уж и перед смертью! Неужели все так плохо?
– На самом деле все еще хуже, – с самым мрачным видом подтвердил «лояльный». – Хочешь, покажу?
Не дожидаясь ответа, он вскочил, полез в стоявший в углу комнаты самый настоящий старый сундук и вытащил оттуда здоровенную карту Санкт-Петербурга. Шатун освободил стол, и они разложили на нем карту. Николай достал откуда-то обгрызенный простой карандаш и принялся водить им по карте, словно генерал перед сражением.
– В общем, смотри: мы здесь. – Он ткнул карандашом в зеленую зону Серафимовского кладбища. – А дамочка твоя пропала где-то тут. – Второй тычок карандаша пришелся в район площади Искусств перед Русским музеем. – Между нами и этим местом, как видишь, дельта Невы. А это значит – острова и хренова туча мостов. Острова кишат Новыми, и мосты контролируются ими же.
– Неужели все? – усомнился Шатун. – Это ж сколько Новых должно быть в городе?
– До хрена! – заверил его «лояльный». – В Питере было почти пять миллионов жителей. Накрыло примерно половину. Кто-то погиб, кого-то эвакуировали… Из этой половины Измененными стала едва одна сотая часть, но это уже двадцать пять тысяч! Двадцать пять хреновых тысяч Измененных! Этого не хватит, чтобы наглухо перекрыть весь громадный мегаполис, но исторический центр и мосты – как нефиг делать. Короче, соваться на острова – это гарантированное самоубийство! Теперь смотри дальше. Есть вроде путь в обход – через Выборгскую сторону и Литейный мост. Да только хрен там! Он охраняется, как чемоданчик с ядерной кнопкой. Мышь не проскочит, не то что мы…
– Я вообще-то думал про пристани. – Шатун ткнул пальцем в северный берег Малой Невки. – Вот про эти. Если угнать лодку и обойти острова со стороны залива…
Николай поморщился.
– Что-то не так?
– Пожалуй, да… Этот путь, на первый взгляд, выглядит привлекательнее и безопаснее всех других, но это обманчиво.
– И в чем же подвох?
– Точно не скажу, но в воде залива появилось что-то… очень опасное. Его практически не видно, можно только ощутить как зону повышенного холода и статического электричества. Про огни святого Эльма слышал? Так вот, там, где появляется эта штука, они всегда зажигаются. А еще иногда вода чуть светится… В общем, это нечто пугает меня до одури… После всего услышанного ты, наверное, думаешь, что напугать меня не так уж сложно, и отчасти будешь прав. Но когда я начинаю действовать, бояться уже некогда. Измененные – это реальная, видимая опасность. С ними можно как-то бороться. А это… Невидимая и смертоносная хрень…
– Ты видел, как она убивает?
– Нет, но… я чую ее. От нее веет смертью. Если есть другой выбор, на лодке по заливу я не пойду.
– Так ведь нету его, другого! Что нам остается? Ты ведь все пути перечислил!
– Не все. Еще метро.
Шатуну стоило большого труда не показать внешне своей реакции на это слово. Но когда он заговорил, голос его от волнения звучал более хрипло, чем обычно:
– А разве тоннели не обвалены?
– Кое-где – да. Но, во-первых, линий тут много, а во-вторых, взрывали аккуратно и далеко не во всех ключевых местах. Среди Новых нашлись подкованные, которые сообразили: опасно это. Питер же на болоте стоит, да и Нева тут глубокая. Если вода хлынет в тоннели, черт знает что начаться может. А ну как половина города просядет? В общем, решили без нужды не рисковать. Так что пройти реально. Даже если где и завалено, найдем обход. Во всяком случае, бо́льшую часть пути через исторический центр можно под землей проделать.
– А как же мутанты? Если их нет на поверхности, наверняка они в тоннелях кишат!
– Не факт, – покачал головой «лояльный». – Спускался я под землю уже, и не раз. Их здорово меньше стало. Встречаются, конечно, но уже не ордами, как вначале. Может, спят где, а может…
– Может – что?
– Понятия не имею! – пожал плечами Николай. – Только вылазки свои на тот берег я через метро делал. Тут как раз станция недалеко. «Старая деревня». Говорю тебе, мало их. Причем истребителя всего одного видел. Прыгуны в основном. На меня, кстати, не бросаются: видимо, Источник запрещает Измененных трогать. А того нюанса, что я – «лояльный», твари, похоже, не просекают.