Брэд был первым учеником в «школе жизни имени Шарон». К примеру, мать довольно рано внушила ему, что по одежде человека и его музыкальным склонностям можно оценить его характер. (Характер тем лучше, чем консервативнее вкус.) Другой принцип распространялся на духовные ценности: «единственно правильная» конфессия, «единственно правильный» перевод Библии, «единственно правильная» церковная служба.
Покуда Брэд безоговорочно принимал и разделял эти взгляды, все шло хорошо. Как-то раз (ему тогда исполнилось семь лет) Брэд поделился с матерью мечтой стать летчиком, а то и космонавтом. Мать тут же оборвала его: «Вздор! Твой отец унаследовал семейный бизнес, и ты прекрасно справишься с ним, когда вырастешь. Вот увидишь». Похоже, Шарон неверно понимала смысл того библейского стиха, который мы приводили выше: речь идет о Божьем пути, который отрок должен найти для себя, а не о заранее расчерченном родителями маршруте.
Методы воспитания, которыми руководствовалась Шарон, определялись ее верой в то, что необходимо подчиняться авторитету. Ключом к успеху для нее были строгие правила и повседневное следование им. Она бы не потерпела, если бы Брэд пошел против авторитета ее, учителя, тренера, наставника воскресной школы. Ее принцип звучал так: «Подчиняйся без разговоров. Начальники даны тебе во благо».
В тех редких случаях, когда Брэд пытался все же не подчиниться старшим, даже школьные учителя оказывали ему большую поддержку, чем мать. Учителя понимали, что подросток на свой неуклюжий лад готовится к тому, чтобы выйти в мир взрослых, и они понемногу расширяли рамки допустимого, но Шарон подавляла «мятеж» в зародыше.
Если сын выражал сомнение в каком-либо ее праве, Шарон обрушивала на него всю мощь своей критики. Всякий раз, когда Брэд ставил под вопрос мнение матери, между ними возникали серьезные трения. Однажды Брэд спросил:
— Почему я не могу думать иначе, чем кандидат нашей партии?
— Какие политические суждения могут быть у двенадцатилетнего ребенка! — отмахнулась Шарон. — Слушай, что я говорю. Я немало времени потратила на изучение этой проблемы.
Брэд тут же отступился, пробормотав: «Мамочка в своем репертуаре». Но даже эти слова он сказал как можно тише. Не стоило вызывать огонь на себя.
Став постарше, Брэд предпочитал обращаться с вопросами к другим людям. Он уже знал, что с точки зрения матери секс — это необходимое зло. «Мужчинам это требуется гораздо больше, чем женщинам, и женщины должны терпеть это как часть своих супружеских обязанностей. Подросткам и холостякам следует принимать холодный душ, чтобы избавиться от грешных желаний и помышлений». Шарон никогда не придавала особого значения сексу. По ее понятиям, это проявление животной природы человека, поддаваться которому ниже ее достоинства.
Ответы Шарон не удовлетворяли Брэда, поэтому он обратился за советом к сверстникам и от них узнал даже больше, чем ему хотелось знать. Половой жизнью он начал жить в колледже, но это далось ему не без внутренней борьбы. Брэд страдал от острого чувства вины из-за своей «непокорности», он не мог наслаждаться сексом так, как все его приятели. Брэду пришлось дорого платить за «свободный секс».
Шарон — хороший человек и самоотверженная мать. Но в ее отношениях с Брэдом неизменно воспроизводилась одна и та же установка: «Сколько бы лет тебе ни исполнилось, я всегда буду твоей матерью, а ты всегда будешь моим сыном». К шестнадцати годам рост Брэда превысил шесть футов, но и его энергичная мать, и ее убеждения все еще нависали над ним. Шарон оставалась его главным начальником.
Хорошая мать не только питает ребенка — она смотрит на него также с точки зрения будущего, т. е. она постоянно помнит, что в ребенке скрывается взрослый человек. Она всеми силами старается вывести эту взрослую личность на свет. Когда мать глядит ночью на спящего ребенка — особенно на ребенка в возрасте между пятью и одиннадцатью годами, — она испытывает смешанные чувства. Она радуется их тесной связи, зависимости ребенка от нее, и в то же время чувствует печаль: если мать хорошо исполнит свой долг, ребенок станет таким же взрослым человеком, как она сама, и уже не будет нуждаться в ее помощи и наставлениях. Мать знает, что этот процесс, порой болезненный, хорош и необходим, что это и есть путь любви.