— А твой профиль?
— В нашем случае противодействие диверсионным группам противника.
— Интересно.
— Как я уже сказал, командир стрелкового, а тем более мотострелкового полка из меня никудышный.
— Прям уж и никудышный?
— Такого опыта у меня нет совсем. Поэтому глупо лезть в чужую епархию со своими советами. Давай я лучше тебе, тащ майор, расскажу, как немцы войну начнут.
— Ну давай, товарищ майор.
— Буквально пару фраз про стратегию. Я хотел поговорить с Власовым, но он меня не принял. Ваш комдив, видишь, тоже куда-то уехал. Так что придётся тебе слушать.
— А и ничего страшного. Послушаю и Ефиму Григорьевичу, комдиву нашему, передам.
— Хорошо. Главное. Немцы относятся к нам очень серьёзно. Они прекрасно понимают мы не Польша и даже не Франция. А ресурсы Германии по многим позициям очень ограничены. Единственной стратегией, которая позволит им победить, это молниеносная война. То есть внезапный коварный удар всеми силами сразу без объявления войны.
Армия у них уже отмобилизованная и часть, достаточная для вторжения, уже стоит у наших границ.
Павлычев вздохнул. Обстановка была, мягко говоря, неспокойной. Даже до него простого командира полка доходят сведения о том какая махина разворачивается по ту сторону границы.
— В такой ситуации, и немцы это прекрасно понимают, спасёт цепочка глубоких операций по окружению. К моему глубокому сожалению, моторизованные соединения вермахта способны проводить операции на глубину в сотни километров. В первый же день войны они обрушат на нас главные силы с целью разорвать, а потом окружить наши войска по всей лини соприкосновения.
— А пупок у них не надорвётся?
— Это уже будет зависеть и от нас с тобой. Но я пока продолжу о планах, если ты не против.
— Извини.
Самойлов кивнул и продолжил.
— Что это значит конкретно для КОВО? Я тут пока по своему профилю работал, немного местность изучил. У тебя есть чистая карта округа?
— Найдём, — комполка отхлебнул ещё глоток кофе и покатал напиток на языке, удивляясь кому первому пришло в голову пить такую горечь. Достал из стоящего у сейфа шкафа карту и стараясь ничего не смахнуть со стола разложил её перед Самойловым.
— Пойдёт?
— Вполне. Сразу хочу сказать. Всё сказанное далее мои предположения. Планы немецкого командования я не знаю и знать не могу.
— Я это прекрасно понимаю.
— Хорошо. Предполагая направления главных ударов, мы исходим из следующих предпосылок. Первое, способность вермахта оперировать крупными моторизованными соединениями. Второе, желание окружить ту часть войск округа, которые находятся южнее условной линии Львов — Тернополь — Черновцы.
— Это же… — майор Павлычев не смог сразу подобрать слова характеризующее предположение гостя.
— Это первый удар. Потом немцы, разумеется, планируют развить наступление на Киев и за Киев. Но давайте не будем заглядывать так далеко. Я всё-таки очень надеюсь, что мы этого не допустим.
— Разумеется!
— И третье. Моторизованным войскам нужны дороги. Хорошие дороги. Исходя из всего вышесказанного, основной удар немцы нанесут севернее Львова, перейдя границу по фронту Владимир-Волынский — Сокаль в направление Луцк — Дубно. Где-то на рубеже Ровно — Острог враг повернёт часть сил на юг замыкая окружение. Вспомогательный удар будет нанесен с территории Румынии. Вероятно, из района Липканы на север и северо-восток.
Следя, как Самойлов стремительно водит карандашом по карте замыкая стрелочки в районе восточнее Тернополя Павлычев испытывал очень противоречивые чувства. С одной стороны, план вроде бы логичный. Если у тебя есть несколько боеготовых мех корпусов, или что-то аналогичное, то весьма здравый план. С другой стороны, всё нутро комполка протестовало против того, что он видел на карте. Отдать немцам города Львов, Дрогобыч, Станислав, Тернополь. Да кто ж им позволит? Врёшь! Никогда!
Павлычев со злостью посмотрел на «лётчика» собираясь высказать ему, что он думает про такие планы, и наткнулся на не менее злой взгляд.
— Не будем тратить время. Если война не начнётся в июне, меня, скорее всего, отдадут по трибунал, но сейчас это не важно, — Самойлов словно прочитал мысли комполка, — лучше запоминай майор. В первый день будет неразбериха. Но главный удар будет севернее Львова. Севернее! Сообщения о танках и десантах противника южнее Львова будут не соответствовать действительности. Вообще опасность десанта сильно преувеличена. Будет череда противоречивых приказов. Местами паника и провокации.