— Так понимаю, руку он не сломал.
— Так его растак, правильно понимаешь. Не сломал. Потом так напился с соколиками нашими, что заснул прямо в штабе 33-го истребительного авиаполка. И в довершение всего чуть самолёт не сжёг, опрокинув ведро краски в огонь.
— Боюсь даже предположить…
— А ты не бойся. Правильно, Самойлов это был. Проверил, как в полку медицина поставлена, как секретность соблюдают, как в случае пожара действовать будут. Только это всё мелочи. Главное, пока над ним весь округ ржал, бухгалтера — серые мышки знай потихонечку своё рыли. И такого нарыли. ВВС округа топливо получило? Получило. Боевая подготовка всю зиму велась слабо? Слабо. Где остатки? Радиофикации авиации обходится народному хозяйству в миллионы рублей ежегодно? Обходиться. Рациями пользуетесь? Нет. Почему? Эскадрилья И-15 числится? Числиться. Оклад комэск получает? Получает. Самолёты боеготовы? Да? А почему взлететь не могут? И так далее, копеечка к копеечке всё посчитали.
— Это же выходит вредительство?
— Верно. Выходит так. Правильно Виктор говорит — твоё дело, товарищ начальник Главного Управления, обеспечивать ВВС ресурсами, ругаться с производственниками и постоянно держать в страхе своих замов и всех, кто под руку подвернётся. Ты уже не лётчик, а администратор. Едрит твою в душу! К чему я это. Слишком быстро многие из нас вверх взлетели. Того же Ивана Ивановича Копца возьми, за шесть лет от старлея до генерала. Вот и не понимает он силу бумажки. И ты не понимаешь! Всё! Никаких боевых вылетов, ты теперь типа корпусного завхоза, так и уясни, — Смушкевич начал горячиться, как будто продолжал начатый с кем-то ранее спор.
— Опасный человек, выходит майор.
— Слушай дальше с кем тебе бок о бок работать придется. Он уже в Москву направлялся с результатами проверки. Но тут наши пути пересеклись. По старому знакомству и как генерал-инспектору, дал он мне почитать, что там его бухгалтеры насчитали.
Генерал-лейтенант сделал паузу собираясь с мыслями.
— В общем трибунал он вёз в Москву. Рычагову и Копцу если б дело решили не раскручивать и ещё десятку человек если бы ЦК захотел процесс. Решать нужно было быстро, и я предложил прям сейчас найти аэродром и проверить ту часть, которая там стоит в деле. Я решил, если его данные не подтвердятся, то и грош цена бумажкам этим со всей их бухгалтерской арифметикой.
— А если подтвердятся?
— А тогда значит спасать надо ВВС Красной Армии. Даже ценой снятия Рычагова, Копца и, возможно, кого-то ещё.
— Дела, — Грицевец протянул папиросу Смушкевичу, закурил сам и мужчины несколько минут курили не проронив не слова.
— То, что Самойлов хитрый и скользкий, как змей я думаю ты понял?
— Трудно не понять. Так понимаю, досталось и Штерну, и Петру Ивановичу Пумпуру.
— Досталось всем. Теперь слушай по поводу того, как Самойлов личный состав воспитывает.
— Так.
— Официально он начальник школы по переподготовки сержантов. Повышение квалификации чего-то там такого. Но даже на этом уровне про школу нигде особенно не болтают.
— А не официально?
— Не знаю. Думаю, там могут готовить кадры для Берии или Голикова. Или ещё для кого-то.
— Для кого? Коминтерн? Что-то ты не договариваешь, Яков Владимирович.
— Может и Коминтерн, может для всех сразу. Но есть у меня версия…
— Яков, давай уж говори, хорош кота за яйца тянуть.
— Возможно, там готовят кадры для Партии.
— Как это?
— Например, через наркомат Госконтроля или Комиссию партийного контроля. Как противовес, на случай если в органах или армии ещё остались недобитые троцкисты.
— Даже не знаю, что и сказать.
— Когда мы были на аэродроме, кстати, называется Кузнечики, теперь до самой смерти помнить буду. Так вот, сам понимаешь, Пумпур очень быстро узнал, что я у него под носом хозяйничаю.
— Не сомневаюсь.
— На утро в Кузнечики целая делегация заявилась. Не буду снова их всех перечислять, поэтому, наверное, и приехали с такой задержкой, что к вечеру всех собрать не успели. Кроме чинов ВВС был там и один старший майор с подручными. В общем, серьёзно подготовились товарищи.
— Старший майор — это же ого-го какой уровень!
— Верно. Имя говорить не буду, но кажется он занимал должность начальника отдела Главного управления госбезопасности НКВД.
— А сейчас этот человек в НКГБ или в 3-м управление НКО?
— Сергей, вот оно тебе надо?
— Да не, это я к тому, что вечно у них чехарда с названиями.
— Не нашего это ума дело. Раз Партия решила значит правильно. Или ты не согласен?
— Согласен. Это я так, к слову пришлось.