Но он чётко помнил, оружию пришёл зверь северный.
«А что это вообще было-то, кстати?»
Уж не Волна ли? Чётких описаний такого явления нет, по понятной причине. Кто Волну ощутил в полный рост, немножко умер. Танатрия описывала, как ещё шарахнуло из портала. Сначала ощущение тревоги, потом резкая дезориентация и потеря сознания. А затем пара десятин отходняка, слабость, отсутствие аппетита.
«Ну, допустим, аппетит — это наша особенность. Всё остальное в наличии».
Значит, делаем предварительный вывод, что влетели под Волну. Есть чем, мать её, похвастаться. И Волна не смогла убить.
«Я от дедушки ушёл. Я от бабушки ушёл»…
… Сидел он долго, по пути проваливаясь в сон. Когда проснулся в очередной раз, понял, что стало немного прохладнее. Что это значит?
Артур зацепил пальцем повязку. И аккуратно приоткрыл глаза. Так, ага, ночь. И пока вроде бы… в глазах только ощущение песка. Неприятно, больно, но терпеть можно.
Звёздное небо. Точно реал. Взгляд тут же опустил, потому что даже на звёзды смотреть больно.
Увидел свои босые ноги. Интересно, что видимость такая, будто он всё-таки в андоне. Этакие густые сумерки. Артур осторожно поднял голову… И пришлось опускать веки. Глаза словно запекаться начали.
«Вода?»
Определённо, между деревьев мелькнуло что-то похожее на водную гладь. Ну, если так, то всё уже не так плохо. Может и вовсе на побережье. А может возле какого-то водоёма или реки. В любом случае, еду будет найти легче. Опять же, с ним теперь не кирка, а аж два ножа. Ту же острогу можно сделать и рыбы набить. Вон, пацаны в Гардериане таким часто балуются. Главное в этом деле, опустить конец остроги в воду, тогда попадёшь.
А к этому практические навыки и знания целителя. Скользить опять же умеем. Магией владеем. Боевым умениям обучен. По сравнению с прошлым разом — будто терминатор в средние века. Ничем не остановить.
«Я вернусь».
Он нашёл способ, как перемещаться в пространстве и при этом ориентироваться. Открываешь глаза (разумеется, это Артур ночью пробовал), запоминаешь картинку. И идёшь.
За день ещё подлечились. В том числе и глазам чуть лучше стало. Но главная радость была не в том. Он увидел свой рюкзак! Валялся, родной, метрах в десяти, в кустах.
«Отлично, отлично», — Артур довольно скалился, нащупав рюкзак.
Он немедленно залез в него. И да, сухарики! Вот же радость-то какая!
«Э-э».
Что-то вкус у них… Никакой. Словно бумагу жуёшь. Артур перешёл на аурное зрение. А сухари виделись… неживыми. Будто камни. Даже у камней есть некий остаточный фон, а тут вообще ничего. Обычно, любая вещь хотя бы ауру того, кто держит, слегка отражает. Тем самым контуры обрисовываются.
«А ну-ка».
Артур схватился за фляжку со спиртом. Откинул бугельную крышку, глотнул.
«А это норм. Хм. Потому что не органика?»
Выходит, Волна органику разрушает? В этом есть… логика. Волна, исходя из полученных данных — это прана.
«И это не хаотичная. А наоборот, — Артур вытаскивал из памяти факты. — Очень структурированная… Да-да, по сути, это… Ощущение давящих стен. Ну, да. От меня тоже давление ощущали. А мы… разрушали стены. То есть, вносили в прану Волны колебания. Ага! То есть, мы делали из супернейтральной… Не так. Из крайне стабильной праны делали более хаотичную».
Артур приоткрыл глаза.
«Фу».
Он увидел, что сухарь в его руке больше похож на пемзу. Нечто серое, имеющее форму сухаря.
«Ну, это бы был слишком легко».
Очевидно, что припасы пропали.
«Так кожа рюкзака тоже органика, так?»
Может дело в том, что кожа — это уже другая органика? В том смысле, что неживая. Или как-то так. Во, праны своей не имеет.
«Примем условие, что еда такие фокусы не выдерживает».
Так что, как ни жаль, сухари на выброс.
«А вдруг?»
Это Артур нащупал свёрток из ткани. С пирожками. Достал. И уже на ощупь понял, что дело дрянь. А когда залез в свёрток, не пирожок нащупал, а влез пальцами в какую-то массу.
«Прости, Мияса».
Сверток полетел вслед за сухарями.
«А зелье? Интересно, что с ним? По идее, там же не органика? Или всё же она?»
Проверить это можно одним единственным способом. Достав бутылочку, запечатанную смолой, Артур достал нож. Сковырнул залитую смолой пробку. И сделал осторожный глоток.
Реакция пришла почти сразу. И она была именно такой, какая и должна быть. Словно стопарик бахнул после мороза. По телу стало расходиться тепло.
«Кажется, дела-то налаживаться начали!»
Следующая ночь
«Дивно, дивно»
Хоть и щурился. Моргал. Но смотреть получалось дольше. Правда, рассмотреть что-то получалось прям вблизи. Максимум метров десять. А совсем чётко три. Но динамика в наличии. Жаль, что зелья только одна бутылочка.