Я как раз размышлял над спецификой борьбы за влияние на рынке моды, когда меня окликнула Киттен:
— Чем ты занимаешься?
— Играю в шахматы.
— О, как всегда, ты страшно интеллектуален. И кто твоя жертва?
— Секрет.
— О, Чарли, я заинтригована!
— Я играю с компьютером.
— Правда? Как грустно!
— Оттачиваю мастерство. Готовлюсь стать мастером.
— А я тебе не мешаю?
— Нет, компьютер всегда может подождать.
— Это хорошо. Послушай… меня пригласили на этот дурацкий благотворительный вечер, и мне нужно, чтобы ты пошел со мной…
— А что, подружек у тебя нет?
— У них у всех свидания.
— Ну а твой бойфренд? Или гения мучают творческие проблемы?
— Он меня бросил… Ну, пожалуйста, пойдем… С тобой надежнее…
— Господи, ладно, воспользуюсь возможностью. Когда?
— Собираемся в десять.
— Хорошо. Только не надевай простой бюстгальтер.
— О, Чарли, ты отлично знаешь, что грудь у меня плоская.
— Поэтому надень бюстгальтер с прокладками.
Мероприятие, на которое она пригласила меня, должно было начаться в казино. Девушки участвовали в показе, средства от которого полагалось направить в благотворительные фонды.
Я приехал вместе с Киттен на лимузине в десять. Она сразу прошла в раздевалку. В ожидании, пока она оденется, я взялся разгадывать кроссворд и вполне сносно протянул время до без четверти одиннадцать. Затем решил позвать ее, но Киттен не откликнулась. Я постучал в дверь. Внутри играла музыка, но Киттен снова не отозвалась. Я открыл дверь и увидел ее сидящей на полотенце на постели голой. Она болтала по телефону и курила кальян. Волосы у нее были мокрые, и я подумал, что никогда раньше не замечал ее сходства с Брижит Бардо.
— Ну ладно, дорогой, тут кто-то есть. Пора идти. Люблю тебя! Спокойной ночи! О, извини, Чарли! Это мой друг, я никак не могла ему дозвониться.
Киттен совершенно не осознавала, что сидит голая.
— А это что такое? — Я кивнул на кальян.
— О, прелестная штучка. Ты когда-нибудь пробовал? Попробуй, это здорово!
— Нет, спасибо!
— Ты меня расстраиваешь.
— Постарайся быть собой без этой отравы.
— Почему у тебя такая пресная физиономия?
— Ты опоздаешь. Ты ведь одна из самых важных персон здесь.
— Ничего, мы прямо сейчас и пойдем.
Ночное казино находилось в итальянском ресторане «Тримальхион» в Мидтауне. Интерьер его был оформлен в стиле древнеримского Пантеона: с высокими колоннами, позолоченными капителями и картинами на стенах, — все напоминало о том, что храм посвящен мамоне. Необычное ощущение вызывало то, что, сидя в ресторане, вы на самом деле находились в казино, где за небольшими столами вас встречали аккуратно одетые крупье.
Роль крупье здесь исполняли модели. Сьюзан руководила за столом, где играли в кости. Кара крутила рулетку. Мелани Мартин стояла за столом с баккарой, Монике достался тот, где играли в двадцать одно, Мин курировала «Пай гоу», Юшка управляла лотереей. Аня и Мельпомена Роджерс работали барменшами. Все вместе они представляли слаженную команду королевских кровей, фантастическое шоу.
Киттен тоже собиралась заняться столиком для игры в двадцать одно. Но поскольку она опоздала, ее место заняла Кларисса Кокс. Киттен не возражала и с удовольствием бы уступила ей место, но я не позволил.
— Ты ведь должна это делать, постой хотя бы полчаса!
— Я не знаю даже, как и что…
— Я видел, как ты выиграла в Лондоне.
— Ну конечно! Ведь я играла, а не руководила! Я никогда этим не занималась.
— Согласен, но ничего трудного нет. Дилер ставит на все семнадцать. Ты должна брать, пока имеешь семнадцать или больше. Очень простая игра. Никакого выбора делать не надо.
— Кажется, у модели не бывает выбора.
— Да, похоже.
Киттен просто притворялась невинной. Как только она взялась за дело, проявился ее пугающий профессионализм, и я сразу потерял все свои ставки. Тогда я решил сыграть в кости. Когда я что-то стал говорить Сьюзан, она оборвала меня:
— Не разговаривай с крупье. Но если хочешь, мы можем посидеть вместе во время перерыва. Ты закажешь мне выпить.
Тогда я отправился к другому столу. Кларисса разговаривала с Ричардом Джонсоном, собирателем сплетней для «Нью-Йорк пост». Она рассказывала ему о новом романе, который только что закончила. Я встал рядом, прислушиваясь. Оказывается, героиней там была молодая темнокожая супермодель, которая боролась с расизмом и сексизмом и противостояла попыткам мужчин затащить ее в постель. Она была очень увлечена беседой, но как только я выразил желание сыграть, тут же радостно переключилась на работу.