Я находился на мостике. Рядом на подхвате расположилась Ми. Третьим участником командирских посиделок выступал капитан Стен Гибенс. Ещё в районе ангара ошивалась Мисель, готовая в любой момент прыгнуть в катер и сыграть роль москитного флота. В общем, все были при деле. Все напружинились, ожидая скорого выхода в неизвестность. Для республиканок она ещё и имела явный привкус угрозы. Те, хотя и побывали в своё время в Литании, всё равно воспринимали территорию внешников вражеской территорией.
— До выхода в обычное пространство десять секунд, — объявила Ми. — Девять, восемь, семь, шесть, пять, четыре, три, два, один… Есть реальный космос!
Сразу же на нас с валькирией обрушился подлинный информационный удар — от всего массива внешних сенсоров. Следовало чётко определиться с местонахождением, а особенно — с расположением ближайших объектов в пространстве, причём как космических, так и рукотворных. Ради этого я даже подключил потоки.
— Положение планет расчётное. Положение стационарных объектов расчётное, — доложила валькирия.
— Фиксирую облучение сканирующими системами повышенной мощности. Вероятный источник — орбитальная станция Аркада-17, — вклинился голос искина.
На этот раз говор у Ри выглядел в меру сексуальным. Матрица щадила наши с капитаном чувства. Хотя лично мне и Милены за глаза хватало… Но я привык. Когда рядом девять сексуальных красоток, в любой момент готовых сорваться на секс, невольно начинаешь мыслить в совершенно другой парадигме — и даже постоянно работающий в фоновом режиме имплант не мешает жить.
— Ри, а этот фрегат — в сто седьмом квадрате — принадлежит флоту Ясеня?
— Сигнатуры передач соответствуют сохранённому в базе образу. С вероятность в девяносто восемь процентов это боевой фрегат Королевского Флота.
— Итак, к нам идёт фрегат и нас сканируют с орбитальной крепости… Что думаете, капитан?
— Судя по скоростям, фрегат движется по стандартной схеме досмотра. Страхует крепость. И если судить по траектории подхода, он сопровождает ещё минимум три борта.
— Благодарю. Я тоже не вижу причин для беспокойства. Направление на вторую планету системы.
Мы вышли в реальный космос аккурат между солнечными орбитами второй и третьей планет звёздной системы. Планетарное образование было названо по имени Стержневого мира Ясеня, как и его светило. Вообще, выход из прыжка в такой близости от планет, в особенности столь стратегически важных, не приветствовался космическими службами. Считалось нормой выйти в районе крайней планеты и следовать обычным ходом к нужному обитаемому миру. Но то для транспортных кораблей. В случае с лайнерами или пассажирскими яхтами допускался выход в непосредственной близости от орбиты. Не всегда. Только для специальных рейсов и особых гостей системы. Мы по понятным причинам решили считать себя таковыми, а потому не мелочились.
— Говорит капитан фрегата Королевского Флота Майн Киржич. Сообщите цели выхода в ближнем круге планет.
Надо же! Сам капитан вышел на связь. Видимо, сказывались нестандартные обводы яхты. Она не подпадала ни под один из реестровых номеров Конфедерации. И не удивительно! Штучный товар, да ещё и с верфей Республики, да ещё и выполненный на базе проекта боевого фрегата. Подобной ласточке точно не место в списках внешников!
— Говорит капитан яхты «Селенга», Леон Иванович Познань. Имею порт приписки планета Льега, Планетарное образование Литания. Следую с туристическими целями на планету Ясень. Имею на борту ценных пассажиров.
— Ваш рейс отсутствует в реестре. Прошу дать расширенное обоснование.
Я подмигнул разведчику. Всё, его выход.
— На связи капитан ССР Стен Гибенс. Следую на борту яхты «Селенга» в качестве пассажира. Выполняю миссию категории «А++», внекатегорийный порог секретности. Передаю личный пакет.
На несколько секунд в сердце корабля воцарилась тишина. Все ждали вердикта с фрегата. И он не заставил себя ждать.