— Сайна, я могу просить вас проводить меня до сферы?
— Можете, офицер. И я даже соглашусь, — рыжая пластично встала.
На секунду они оказались очень близко — внешник и валькирия. Очень странное зрелище! Вроде бы республиканка и смотрелась миниатюрней и изящней, проигрывая мужчине в массе тела, но отнюдь не казалась при этом уязвимой. Не знаю уж, что надумал сам Волнов, но со стороны всё выглядело именно так. Сай была сейчас как пружина — сжавшаяся под давящей тяжестью некоего механизма, роль которого выполнял офицер, однако в любой момент готовая распрямиться и пустить всю сложную систему вразнос.
Они пошли на выход — только зашли в душевую, чтобы приодеться. Вышли оттуда почти сразу, мужчина — в форме, девочка — в своём соблазнительном комбинезончике. Я провожал их тяжёлым взглядом. Когти так и чесались. Но, преодолевая смурное недовольство, я всё же начал инструктаж рыжей. Её боевой коммуникатор исправно работал, несмотря ни на что.
«В Сфере включи демонстрационный режим — помни, всё остальное только для мечницы! Проведи ему там экскурс в мир звёзд. Витана оставила хорошую подборку кадров… Но только Конфедерация! По Республике веди не дальше общего контура Ожерелья Миров. Всё, рассчитываю на тебя».
В принципе, всё было понятно и так. Ни я, ни сёстры ни минуты не сомневались, что весь сегодняшний визит безопасника так или иначе связан со Сферой. Поэтому все боевые модули оттуда были уже давно извлечены и рассованы по укромным закуткам обширной яхты. В Сфере внешника ожидает познавательный и красочный экскурс в мир звёзд. Почти как в планетарии, только натуральней и образней. А настройки подобраны так, что доступными окажутся лишь звёзды миров Конфедерации. У меня как раз сохранились соответствующие записи, после курса лекций Витаны. В общем, безопаснику должно понравиться! Но то, что он там окажется один на один с Сай, раздражало, задевало самые тёмные уголки души. И моё состояние не укрылось от пристального взгляда сестёр.
Эйди, вновь закинувшая изящную ножку мне на колени, с исчезновением одиозной пары как то резко перетекла через меня. Её стройные сильные ноги широкой дугой охватили мои бёдра. Одна, согнутая в колене, покоилась на шезлонге, частично прижатая к моей ноге. Вторая опустилась до пола, и приподнялась на носочке — напряжённая, что та струна. Кошке понадобилось совершить лишь одно мимолётное движение, чтобы в своём новом положении пленить лоном мою плоть. Ладони девочки мягко легли на мои плечи. Внимательные глаза оказались точно напротив моих глаз.
— Не стоит, Кошак. Она его прижмёт за нас всех, там его статус не значит вообще ничего. Сестрёнка умеет… да ты и сам это знаешь. Не один раз на себе ощущал.
Я хотел возразить, но сзади уже навалилась Мисель. Прижалась упругой грудью. Пропустила руки снизу по торсу, умастив ладони на моей груди. Милая головка улеглась на плечо.
— А вот я совершенно не против, чтобы рыжая переключилась на другой предмет… Тем больше остальным достанется.
Ди закатила глаза, всем своим видом выражая фразу: «Опя-я-ять!..»
— И не делай такое лицо, кошечка. А ещё лучше сама ему расскажи, почему «устала» и не полезла в нашу с котом постель после своих подвигов с внешником, — личико Милахи напротив сделалось испуганным, она изобразила большие глаза и отрицательно затрясла головой. — Вот и молчи! В общем так, Кошак. Сегодня твоя рыжая в пролёте. Как и любая из нас, кто уходит на вольную охоту. Считается, что она своё получила на стороне — а как там реально было, космос знает. Поэтому Сай сегодня очень постарается, чтобы получить с внешника максимум. Знает, на что шла. Знает, чего лишилась. А теперь расслабься. Ди, приступай!
И Ди приступила! Её пальчики дразнящее прошлись по плечам, губы замельтешили, будто что-то искали — и нашли. Впились в основание шеи глубокими засосами. Да и Миса не собиралась отсиживаться в сторонке, мгновенно включившись в игру. По телу поползли её гибкие коготки — дополняя ловкие пальчики Милахи. Я не выдержал их слаженной утончённой игры. Глубокий стон вскоре сменился рыком, и я, намереваясь выпить сосуд сладострастия до дна, навалился, заваливая, придавливая Эйди к ложу.
Милаха не растерялась. Оказавшись внизу, она сменила тактику. Поцелуи мягкой дорожкой сначала прянули вверх, добравшись до моих губ, а потом потекли вниз, выцеловывая каждую мышцу, каждую складку кожи. Я не стал отказываться от игры. Встал в упор лёжа, подставляя девочке максимум простора для ласк. А низ живота сдавила когтями Мисель. Вскоре я ощутил и её жаркие поцелуи, скользящие с середины спины вверх, к шее и уху. Удивительно синхронно действовал этот механизм удовольствия — пока одна спускалась вниз и занимала здесь стратегическое положение, вторая рвалась вверх, чтобы овладеть чувствительной кожей за ушком. Кошки знали своё дело… Уже через несколько секунд их утончённой игры я стонал в голос. А вскоре к противоборству трёх тел присоединилась Старшая.