– Но, Риктос, мой дорогой… Они уверены, что он Пилот? Разве они все не мертвы?
– Только те, о которых мы знали. Этот тип был торговцем и казался вполне законопослушным. Они попытались его арестовать, потому что в истинном предсказании было сказано, что оправдательный приговор был составлен за десять дней до происшествия.
Том ощутил легкое покалывание в груди, когда уловил смысл парадокса и услышал упоминание о Пилоте.
– Помещения, – старый лорд подождал, пока Том, наполняя гостям пустые кубки, пройдет дальше, – были разрушены. Это была мина-ловушка. Проклятая дерзость!.. Если бы начальник моей службы охраны действовал быстро, я бы мог сообщить вам, чья эта затея. – Он сделал еще глоток. – Ему здорово повезло, черт побери, что я позволил ему жить.
– Но сбежавший подозреваемый…
Жак сделал Тому знак.
Проклиная его, Том сохранил обычное вежливое выражение лица. Концентрические столы занимали группы дворян и удачливые вольноотпущенники, они громко переговаривались. Последние блюда были практически целиком съедены, остались лишь конфеты и выпивка.
В этот день Жак носил белую повязку надзирателя. Он докладывал обо всем непосредственно шефу Кельдуру, который руководил всем праздником и целый вечер сновал между залами и кухнями.
– Ты свободен, – сказал Жак. – Можешь идти.
– Но трапеза еще не окончена.
– Рано утром по особой просьбе, – Жак мельком глянул на расположенный в центре круглый стол, за которым сидели лорд и леди д’Оврезон вместе с величественной Даринией, Велондом и самыми высокопоставленными сановниками, – ты направляешься в туннель Тейлфрин…
«Оттуда начнут свое путешествие Кордувен и Сильвана», – вспомнил Том.
– Но это же…
– Точно, – кивнул Жак. – И тебе нужно время, чтобы собраться!..
– Собраться?
– Забавно, – произнес Жак, едва сдерживая улыбку, которая прорывалась сквозь его наигранную иронию. – Я знал, что ты станешь важной персоной при дворе.
На голографическом дисплее высветилось сообщение, предписывающее ему явиться в рабочий кабинет мистресс э’Налефи.
– Хорошо, – произнес Том, обращаясь к пустой комнате. – Я пойду туда.
Он переоделся в тренировочные облегающие штаны и рубашку, сверху натянул светлые, широкие брюки и куртку. На обратном пути он собирался снять верхнюю одежду и пробежаться.
Когда он прибыл, мистресс э’Налефи сидела на высоком стуле. Ее лицо цвета черного дерева ничего не выражало.
– Вы отправляетесь в путешествие.
– М-м-м… Да… Видимо.
– Это большая честь, молодой человек.
Том заморгал:
– Я знаю.
– Вы ведете дневник?
– Нет.
– Будьте аккуратны, исполнительны!
«Старые песни», – подумал Том.
– Я… иногда сочиняю стихи.
– Правда? – В ее глазах промелькнул интерес. – Сделайте для меня копию ваших стихов. И попросите кого-нибудь принести мне кристалл завтра.
– Хорошо, мистресс э’Налефи.
– Вот, – она передала ему черно-оранжевый кристалл, – тут содержатся модули, присланные от лорда Велонда, в дополнение к тем, которые составила я. У вас не будет времени, чтобы расслабляться там.
– Конечно.
– И сохраните отчет о вашем путешествии. В любом формате. Мне бы хотелось увидеть вас по возвращении. – На лице мистресс э’Налефи появилось подобие улыбки.
Том поклонился.
– Лорд и леди д’Оврезон назначили вас координатором и главным переводчиком.
Том застыл. Это было для него неожиданностью.
Впрочем, у мистресс э’Налефи всегда существовало предубеждение против автоматических переводчиков, которые были не в состоянии уловить нюансы речи.
– Том, – продолжала она с некоторым неодобрением, – вам предоставлен дельта-уровень доступа. Вашей первейшей обязанностью будет непрерывная корректировка и составление безопасного маршрута.
– Я никогда не видел истинных предсказаний, – сказал Том.
– Возможно, вы вскоре увидите их.
Ее стул повернулся вокруг своей оси, что послужило сигналом включения для бледно-голубой голографической сферы, на которой развернулась панорамная сцена.
Плоские каменные плиты, расположенные в шахматном порядке. Широкий бульвар, проходящий под парящими в воздухе контрфорсами. Яркие светильники, плавающие у самого мраморного потолка. По центру располагался неглубокий игрушечный канал с тихой водой, рыбками и лодками.
– Интересно, – Том вошел прямо в середину застывшей картины. Он казался гигантом среди людей размером с насекомых. – Это только имитация. Попытка Оракула воссоздать память о своем будущем.
– Думаете, он был там?
– Возможно… Или возможно, он видел… вернее, будет видеть только сводку последних новостей. Однако имитация была более подробна, чем я предполагал.
– Запустите ее.
Том нашел нужную триконку и жестом привел сцену в движение.
Напряженный день. Толпы народа на улицах. Левитокары и скиммеры так и снуют в воздухе.