– Дыши. Как будто в первый раз…
– Ты дерево, знаешь об этом? – едва различимым даже для него шёпотом произнесла магичка.
– Спасибо, что не бревно…
– Ну, не проверяла, не знаю, – нервно хохотнула девушка, когда в звенящей тишине снова загудели механизмы капсулы.
– Боги, иногда я тебя обожаю, а иногда придушить готов. Всё, выдыхай. Приехали.
– Сейчас окончательно всё затихнет, и мы пойдём, – короткие ногти впились в предплечье, не позволяя магу встать с места.
Шед погладил белые пальцы, призывая перестать делать в его собственной руке лишние дырки, никакой изначальной комплектацией не предусмотренные, и первым встал с сиденья, рассматривая Вянку сверху вниз. Как только раздался последний характерный щелчок, девушка вскочила, первой ныряя в открывшуюся дверь. Если бы сейчас она начала целовать платформу прибытия, маг бы не удивился. С одной стороны, конечно, нормальный человеческий страх, который может возникнуть у любого, с другой…
– Как ты с такой фобией служить собралась?
– Меня ж не парализует от страха. И это не фобия, это инстинкт самосохранения, которого, как я успела заметить, ты лишён начисто.
– Ну не начисто, не надо. Моя голова иногда включается, когда риск действительно есть. А там, где возможными неприятностями можно пренебречь – я пренебрегаю.
– Ой не слышит тебя Мараева, – хохотнула Вянка, находя глазами выход в город.
Чем дальше за спиной оставалась портальная капсула, тем веселее становилась магичка. Тем более, что у дверей она заметила смутно знакомый профиль, только сейчас его окружали не буйные тёмные кудри, а куда более светлые длинные пряди, безжалостно стянутые в хвост. Костянников-младший.
Шедов проследил её взгляд, сразу складывая два и два. Возможно, он получит по голове от преподавателя алхимии за то, что сейчас собирается сделать. А может к началу учебного года Игорь Александрович немного отойдёт – если у Данковцева всё пойдёт правильно.
– Как, говоришь, его звали?
– Алексеем… Шед? Ты что задумал?
– Примирение семьи, пошли, – тянуть девушку за собой он не стал, но рукой взмахнул, привлекая к себе внимание наблюдателя. – Алексей Александрович!
Мимика младшего Костянникова весьма точно повторяла его старшего брата, разве что с поправкой на более мягкое лицо и появившиеся раньше времени скорбные складки у губ. Явно только вышедший с дежурства наблюдатель подавился воздухом, рассматривая незнакомое лицо, бегущего к нему как к потерянному родственнику парня. Зато с недоумением разглядывающую эту картину мелкую блондинку узнал. Знать бы ещё, что от него нужно студентам сбежавшего в туман старшего братца.
Признавая, что нырять в служебный проход в такой момент будет несколько позорно, Алексей привалился плечом к стене, рассматривая студента, прущего в его сторону с уверенностью получившего команду дракона. Где-то на краю сознания мелькнула тень сочувствия к старшему брату, быстро задавленная старой обидой. Ярычева – он даже вспомнил фамилию – плелась позади, обречённо надеясь, что всё рассосётся раньше, чем она к ним приблизится.
– Потерялись?
– Я – нет! – Шед фонил таким энтузиазмом, что наблюдателю стало немного неуютно, будто на него наседал очень любвеобильный пёс. – А вот ваше взаимопонимание с Игорем Александровичем…
Костянников-младший и Ярычева синхронно тяжело вздохнули: он – из-за упоминания брата, она – потому что на выдохе пробормотала что-то про “дуб – дерево хвойное”. И не сказать ведь, что такое происходило в первый раз. И даже глупо будет отрицать, что и у неё само такие порывы наивной прямоты случались, всякое бывало. Но взаимоотношения в семье преподавателя она посчитала бы не своим делом, а вот Данковцеву какая-то жидкость в голову сегодня ударила.
– … говорить – пусть приходит сам, – Вянка невольно поёжилась, когда до неё долетели обрывки слов, с такой же интонацией старший Костянников отчитывал её после поимки с конспектами старшаков. – Да и не ваше, молодой человек, де…
– С этим могут быть сложности, – маг перебил наблюдателя. – Уж не знаю почему, но я ни разу не видел его у крупных порталов. Даже у стационарных редко.