Девушка замерла в нескольких шагах, вспоминая. То, что преподаватель алхимии принципиально не пользуется порталами, знали все. Студенты много видят, особенно вне пар, так что закономерность вычислили очень быстро. Только мелкие стабильные переходы, где нет даже минимального риска отклонения. Версии строились самые разные, от фобии до несовместимости с какими-то артефактами или влиянием остаточного фона на зелья. Но наверняка никто не знал, а копать под зав.кафедрой было как минимум глупо. Да и вот так нагло лезть в личные дела достаточно лояльного преподавателя никто не решился. Может Игорь Костянников и был достаточно мягок, но кто знает, как тот отнесётся к такому переходу границ.
А вот Алексей Костянников, кажется, что-то подозревал. Ну, по крайней мере точно знал чуть больше, чем самые пронырливые из студентов, потому что лицо у мужчины закаменело на мгновение, он медленно втянул воздух через сжатые зубы. Вянка явно услышала в этом вздохе раздражённое “потрясающе”, за которым так и висело, так и напрашивалось “по-идиотски”, но внезапно всё закончилось. Взгляд наблюдателя потеплел:
– Наглость, конечно, феноменальная. Идите уже, с братом я сам разберусь.
– Шед, пойдём, мы опоздаем, – Ярычева вцепилась в локоть парня, ничем не защищённый от её ногтей. – Извините за беспокойство.
– Идите уже, молодёжь, – Костянников-младший явно мыслями был уже не здесь, пытаясь нащупать что-то в кармане, так что следующее слово вполне могло им послышаться. – Спасибо.
Вянка, нервно улыбаясь, тащила Шедова за собой в город. Стоило зданию вокзала скрыться за поворотом, она толкнула парня на ближайшую лавочку, нависая, насколько это было возможно при их разнице в росте. Довольно улыбающийся Данковцев смотрел ей прямо в лицо, явно не собираясь терзаться от угрызений совести, так что всё бурлящее в ней тут же остыло, будто огонь под кастрюлей выключили. Да и смысла что-то говорить или возмущаться уже не было, останавливать его надо было сразу, а сейчас… будь уже, что будет.
Она махнула рукой, опуская рядом. Парень коснулся плеча всё ещё недовольно поглядывающей на него блондинки, ожидая, наконец, какого-то недовольства, но та только уткнулась лбом в его плечо, что-то невнятно мяукнув.
– Давай уже, выскажись.
– А есть смысл-то, великий примиритель? С чего тебя вдруг понесло чужие семейные проблемы решать?
– Не знаю. На секунду перемкнуло. Не представляю теперь, как Костянникову-старшему в глаза смотреть.
– Если ты вдруг умрешь по непонятным причинам, я буду знать, кого в этом подозревать.
– Ему условия преподавательского договора не дадут меня отравить. Разве что после выпуска, но я сильно сомневаюсь, что он настолько злопамятен. К тому же, если они помирятся, то, чисто технически, не будет смысла мне предъявлять претензии. Правда же?
– Ну, посмотрим, посмотрим. Просто в следующий раз головой сначала думай, Шед.
– Да-да, “дуб – дерево хвойное”, я всё прекрасно слышал. Но я готов получить по башке, если что-то у них пойдёт не так. Зато я хотя бы попытался.
– Причинить добро, как обычно. Ладно, уже всё равно ничего не исправишь. Пойдём, показывая дорогу. Я тут была мимоходом, на двух вокзалах и только.
– Пошли, покажу, что успел рассмотреть на первой половине практики.
Вянка вертела головой, рассматривая поток людей, который и не снился Кровянику. Забавно, вроде бы по размерам города не слишком друг от друга отличались, но население Костей будто всё было на виду, суетилось, двигалось, куда-то спешило, а в её родном городе все были как-то спокойнее. Настолько, что в первую неделю после возвращения с учёбы ей казалось, что мозги от безделья плавятся, растекаются в невнятный кисель.
Зато Шеду было всё нипочём, тот увлечённо комментировал все более-менее примечательные места, которые знал, щедро делясь личным мнением. Вянка цеплялась за руку, в попытке не потеряться, хотя можно подумать, что он дал бы ей отстать или быть унесённой толпой.
– Шед? – она замерла у бордюра, пока мимо проносился адаптированный для существования в магической среде колесный транспорт различных эпох.
– Да? Что-то не так?
– Не, всё в порядке, просто я рада, что ты у меня есть. Не знаю, что там случилось у Костянниковых, но пообещай мне, что ты хоть что-то скажешь напоследок, если решишь исчезнуть в тумане?
– Не скажу, что могу представить себе такую ситуацию…
– Шед, – она посмотрела прямо в глаза, вынуждая вздохнуть.
– Обещаю.
8 глава
– Ух ты, – целитель, занимающийся вживлением накопителей, присвистнул, рассматривая результаты замеров. – Ещё бы чуть-чуть и я бы не имел права проводить процедуру. Но прям красиво. Ты уверена, что хочешь в собиратели идти?