– Дорогая. – Что, кто? Я повернула голову, чтобы увидеть маленькую черную кобылу единорога с почти неприлично ярко-розовой гривой. – Быть может, ты захочешь это? – В ее телекинетическом захвате был магазин патронов .50 калибра. У каждой из пуль был яркий синий наконечник. Я тупо кивнула ей, поняв, что уже использовала все свои боеприпасы, воюя со стальными рейнджерами.
– Пожалуйста. – Я предположила, что это была Стримвинд, жена капитана. Она повернулась к моему боевому седлу и принялась за работу. Она подарила мне прекрасный вид на её фланк... В смысле, на кьютимарку! Я не пялилась на замужних кобыл, потому что я не люблю кобыл и вообще...
Понибудь еще верит в это?
Я имела в виду на метку! Не на круп. Всё-таки зеленая пуля, окруженная розовым пламенем, – это то, что может вызывать зависть (это ведь у меня на заднице 3 камня). После того, как маленькая кобылка закончила (на самом деле она могла быть и не маленькой. Нормальные кобылы имели привычку быть небольшими, по сравнению со мной), она кивнула мне, и я снова вернулась к пиратам.
– Последний шанс, приятель! – прокричал один из пиратов. – Следующий выстрел пройдет через твою жирную ж...
БАМ
Пуля вылетела из Искусности, оставляя за собой красный след и попадая в мачту пиратского корабля. На ней вспыхнула искра и прозвучал едва слышимый странный свист, а затем вся мачта вспыхнула как спичка.
Мне только что дали пули. Которые. Стреляют. Огнем.
Муа-ха-ха-ха!
Искусность снова и снова вызывала вспышки пламени. Второй выстрел попал в парус. Он сгорел в мгновение ока. Третий пробил корабль и поджег что-то внутри. Вскоре судно было охвачено огнем, окрашивая реку в оранжевые краски. Я едва могла слышать крики горящих пиратов сквозь собственное ликование. Моя пушка стреляет огнем! ОГНЕМ!
Я повернулась к своим компаньонам с искренней улыбкой на лице. Они, в свою очередь, наблюдали за происходящим с бледными лицами. Флэйр закрыл морду копытами, Хай Стэйкс пожал плечами, а Серенити выглядела так, будто она больна. Больна...
Внезапно лодка качнулась, из-за чего я перестала держать равновесие. Сразу же я почувствовала, как желудок хочет вернуть всё, что я съела за последнее время. Я смутно услышала звук выстрела из пушки, но отчетливо почувствовала волну. Когда лодку тряхнуло, мой обед захотел наружу.
Так быстро, как я только могла, я побежала к борту лодки. Суп, выходящий наружу, по вкусу был намного хуже, чем когда я ела его, но, к счастью, я не заблевала палубу. Вытянув голову над перилами, я извергала содержимое желудка в воду. Сзади я услышала голос Серенити.
– Я знала, что мамочка болеет!
Следующие несколько дней речного путешествия протекли без помех, простите за каламбур. Я очень люблю каламбуры. Серенити поначалу ухаживала за мной так, будто я смертельно больна, хотя она прекрасно знала, что я в порядке. Думаю, это потому, что ей было очень скучно. Я имею в виду, что даже когда мы попали в Дайс, она всегда находила занятие, а на лодке ей даже не разрешали бегать и осматривать разные механизмы. Это единственное, чем она могла бы занять себя. Я рассказала об этом Стримвинд и она сделала то, о чём я никогда бы не подумала.
Она дала кобылке игрушку.
Кто бы мог подумать! Я имею в виду, у меня никогда не было игрушек в жеребячьем возрасте, а сама Серенити казалась такой взрослой, что я бы ни за что не решила, что ей нужны игрушки. Игрушкой, о которой идет речь, была маленькая плюшевая пегаска-жеребёнок с лавандовой растрёпанной гривой. Серенити с опаской приняла подарок от кобылы, но вскоре, счастливо хихикая, расчёсывала гриву игрушки и даже дала ей имя "Скуталу". Это отвлекло ее как раз настолько, чтобы я успела вздремнуть на палубе. Почему на палубе? В каюте было душно и мне нравилось солнышко.
Когда вечером я вернулась в каюту, Серенити успела отрезать крыло и заднюю левую ногу игрушки и превратить ее в киборга, заменив их на какие-то детали, которые мы сперли с базы Стальных Рейнджеров. Когда Серенити заметила меня и то, как я смотрю на нее, то она быстро разъяснила всё: оказывается, киборги намного круче обычных кобылок и теперь это не Скуталу, а Скутаборг. Это было одновременно страшновато и мило, так что я решила просто промолчать и позволила ей играться дальше.
Именно так и прошли два дня моей жизни. Это было намного лучше, чем преследование гулями, помутнение рассудка или битва со Стальными Рейнджерами, так что я была абсолютно довольна. Флэйр подолгу отсутствовал на лодке, но, я думаю, он занимался разведкой для нас, чтобы мы смогли избежать встречи с пиратами. Агент Мистера Хауса тоже часто пропадал, но это не сильно меня заботило. Есть множество других вещей, связанных с этим пони, из-за которых я волновалась.