– Ну, я думаю, что если ты не использовала зелье даже для своего лица, то я точно справлюсь со своей боевой раной! – Она посмотрела на свой бок с гордой улыбкой. Это был не первый раз, когда она пострадала в одном из моих сражений, но это был первый раз, когда это ранение не вызывало у неё эмоциональной травмы. Так что, я решила дать ей время, чтобы почувствовать этот момент...
Стоп. А что с моим лицом?
– А что с моим лицом? – Спросила я, поморщившись. В смысле, оно, конечно, по-прежнему болело... Что весьма нормально для раны, полученной от дроби, но с этой болью вполне успешно справлялся Мед-Х.
Серенити удивлённо взглянула на меня и растерянно улыбнулась. – Ты... ты ведь видела своё лицо?... Верно? Я имею ввиду… – Она сглотнула и перевела взгляд на Флэйра, который подлетел к нам. – Это своего рода… – Кобылка и пегас обменялись обеспокоенными взглядами, и я почувствовала, что моё сердце замерло. Я не думаю, что хочу знать...
– Сомневаюсь, что Блэкуотер дала тебе маленькое зеркальце или что-то вроде того. Э... – Его розовые глаза устремили свой взгляд на то, что выглядело, как место для выдачи еды (пожалуй, я сделаю небольшое отступление и скажу, что выдавать еду на втором этаже, а есть её на первом — это очень тупо) с блестящей металлической перегородкой. – Попробуй. Может сможешь рассмотреть отражение.
Верно. Просто иди и посмотри на себя в зеркало. Насколько всё может быть плохо? В смысле, они ведь не просто так говорили настолько неопределенно. А еще надо учитывать то, что в меня стреляли. В голову. Просто взгляни, ничего страшного не произойдёт. Может, если всё будет настолько плохо, то я смогу себе сделать кибернетическое лицо, как у Смехоребца?
...Скажи мне... какова истинная природа героя?...
Честно говоря, этот вопрос начал сводить меня с ума. Разве это имеет значение? Просто какая-то тупая загадка, засевшая у меня в голове. Избавившись от этих размышлений, я шагнула вперёд и посмотрела на блестящий металл.
Что ж... Это выглядело не очень приятно. Вся правая сторона моей морды (и часть шеи) была скрещена большими розовыми рубцами, которые выступали с поверхности моего лица. Целые фрагменты были заменены рубцовой тканью. Всё это выглядело так, будто моё лицо порвали на куски, и затем, поспешно собрали обратно. От вида своего тела, меня вдруг резко затошнило. Я хотела сделать шаг назад, отвести взгляд, но это было... увлекательно и ужасно одновременно.
– Знаешь, на самом деле, тебе очень повезло. – Сказал Флэйр, стоя позади меня. – Если я правильно понял, то ты повернулась очень вовремя. Ещё бы мгновение, и выстрел снёс бы тебе половину черепушки. Конечно, часть дроби отрикошетила, но ничего не попало тебе в мозг. Так что, тебе повезло… – Повезло. Я медленно подняла копыто, чтобы коснуться своих шрамов. – Часть попала тебе в глаз, кстати. Правый... Меня там не было, но могу предположить, что это было весьма неприятное зрелище. Ты чуть не откинулась из-за потери крови, и пришлось сшивать тебя воедино в короткие сроки. Думаю, это было нелегко. Отёк на шрамах должен сойти со временем, и тогда они не будут выглядеть так плохо… – Они не выглядят плохо. Да... Но теперь, само лицо выглядит плохо. Будто, я дралась с адским псом.
Шрамы ныли, заставляя меня вздрагивать. И болели, по какой-то причине. Моё лицо никогда не было прекрасным, или хотя бы привлекательным, но когда я видела его таким, то всё внутри меня сжималось. Я потеряла глаз, ухо и ногу. Так ли важна эта половина лица? Новый шрам, новое доказательство моей неспособности делать всё правильно. Может быть, в этот раз, я научусь не совать свой нос куда не надо? Просто... Теперь, я не могла смотреть на своё лицо. Это был очень долгий и полный разочарований день, и всё, что могло пойти не так, пошло не так. Я была ослабшей, потерянной и преданной тем пони, которому, как мне казалось, можно было доверять. Часть меня просто хотела лечь на пол и заснуть. Пусть мир существует без меня, я не нужна ему. Я ни разу не сделала ничего полезного, кроме того, что лажала при каждой возможности.
– Мамочка? Мамочка, ты плачешь? – Прекрасно — разрыдалась из-за каких-то шрамов на морде. И какой же герой из меня вышел... – Мамочка?
– Ничего страшного. – Я смахнула слёзы. Больнее всего было не от шрамов, а от того, что они означали. Ну... По крайней мере, я всё ещё была жива. Как много пони получили пулю в лицо и выжили, чтобы уже через пару дней бегать от роботов по подземельям? – Не обращай внимание, давайте-