Рыча и напрягая мышцы, я начала отходить назад. – Не стоит. – Сказала я кобыле со слезой на крупе. – Я могу убить одного из вас. Это – не шутка. – Проворчала я от боли в ноге. Теперь она хотя бы болит не так сильно, как раньше. – И вы не узнаете, кого именно. – Я видела подобных пони ещё до работы в Мэйрфорте. Мусорщики и торговцы, которые терпеть друг друга не могли, но держались вместе ради выживания. Они убьют друг за друга, но не умрут.
Чёрный жеребец первым отступил назад. Надвинув на глаза свою шляпу и ослабив магию на дробовике, он отошёл. – Я ни за что не умру за это. Я не работорговец, никогда им не был и не собираюсь умирать, как он.
– Трус. – Сказал жеребец в броне, делая шаг вперёд. – Она просто пытается напугать тебя, она не сможет убить ни одного из нас. У неё даже нет ёбаного оружия.
– Это правда. – Сказал чёрный единорог. – Но я видел, что могут творить пони с такими протезами. Один из них превратил голову моей мамаши в кашу с одного удара. – Я делала это с головами пони ещё до того, как мне поставили протез, но я промолчала. – Может быть, эта вычурная броня и защитит тебя, а может и нет... Она выглядит достаточно большой, чтобы согнуть даже сталь. – Огрызнулся он.
Кобыла решила попробовать другой метод. – Сколько хочешь за кобылку? – Заржала она.
– Твою голову. – Решительно ответила я.
– Тогда не получишь ничего. – Кобыла посмотрела на меня, а потом на своих товарищей. – Мы убьём тебя и заберём её.
– Не–не–не... Я ничё такого делать не буду. – Вмешался чёрный единорог.
– Ты можешь попробовать. – Ответила я кобыле, которая, скорее всего, была их лидером.
– Она того не стоит. – Наконец ответил бронированный жеребец. – Кобылки стоят дешевле жеребят. Даже если мы убьём её, она ни за что не сдастся без боя. Мы потеряем больше, чем заработаем. – Конечно, убеждай себя.
– Молодец. А теперь нахер пошли из моего Стойла. – Кобыла со слезой на крупе хотела возразить, но после того, как я ударила об пол металлической ногой, она передумала. Огромный бронированный жеребец с полосами под доспехами остановился, посмотрел на меня в последний раз, и исчез за углом. Я только что распугала троих пони одними лишь угрозами, хотя, возможно, и их лень сыграла здесь не последнюю роль. Я долго смотрела на зал, который они покинули, прежде чем вспомнила. Серенити!
– Блять!
Я не стала утруждать себя бегством в том направлении, куда, как я предполагала, она пошла. Вместо этого, я решила прогуляться по коридору, прихрамывая всю дорогу. Если я правильно помнила, этот коридор вёл вниз по лестнице, а затем — в Атриум. Оттуда, я могла попасть в любую часть Стойла. Сами по себе эти массивные сооружения были лишь металлом и бетоном, и не представляли особой опасности. Моё реальное беспокойство было лишь о том, что Серенити куда-то спряталась.
Спускаясь по ступенькам, я невольно почувствовала, что что-то не так. Может, дело в затхлом воздухе, или раздражающе гудящих лампах, но что-то было... Неестественным. Эти Стойла были построены, чтобы спасать пони, но я этого не ощутила. Даже по сравнению с Пустошью; это место казалось готовым высосать душу из любого, кто сюда зайдёт. Как вообще пони могли жить здесь?
– Серенити! – Позвала я неестественно громко, когда спустилась по металлическим ступенькам в бетонный коридор. Надо мной висела тёмно-жёлтая табличка — 'Атриум'. Дежавю. Снова. Если бы я могла, то сожгла бы каждое Стойло. Богини, как же я ненавижу эти места. Вместо того, чтобы идти по той же дороге, что и в 42-м, я свернула в соседнюю комнату.
Маленькая комната очень напоминала офис. Зачем в Стойле вообще нужен офис, я не представляла. Высокий шкаф был опрокинут на пол, а его содержимое было разбросано везде (немалый запас чудо-клея и чистой бумаги, но ничего стоящего). Я перепрыгнула через него и направилась к единственному столу, на котором всё ещё светился терминал.
Я ткнула в него копытом. А затем отскочила от него, когда эта хренова штуковина начала пищать. Снова подойдя и наклонившись ближе, я была уже готова к очередному писку. В свою защиту скажу, что я никогда не видела работающего терминала, а тем более, не пользовалась им. Управление было сложным и явно заточенным под магию единорогов, но у меня всё равно получилось прокрутить список записей в журнале. Три из четырёх были помечены красным, так что впервые в жизни, моё любопытство взяло верх надо мной, и я открыла их по порядку.
–––День входа в журнал — 360.–––