– Вам сюда. – Сказала кобылка, указав взглядом на левую половину зала. – Ваши друзья могут пойти с вами, но генерал-майор будет говорить с вами наедине.
В конце комнаты было несколько менее красивых дверей, которые привели нас к тому, что действительно напомнило мне о том, что это была железнодорожная станция. Прямо за залом находилась огромная открытая платформа, на которой, как я думаю, пони раньше ожидали своих поездов. Слева стоял поезд, который скорее всего не двигался с конца света, в то время, как справа рельсы, которые находились чуть пониже, были свободны. По крайней мере, так было, пока мы не дошли до конца платформы, где на них стояли несколько вагонов, выглядящие разбитыми и едва не завалившимися на платформу.
По всей территории ходили солдаты НКА, которые, казалось, находились в состоянии полной боевой готовности. – Твои друзья должны ждать здесь. – Сказала кобыла, которая нас сопровождала.
– Хотел бы я быть таким же популярным, как Хайред. – Куда же без подколов от Флэйра.
– Серенити. – Я посмотрела на маленькую кобылку, которая спрыгнула с моей спины на пол. – Веди себя хорошо ради мамы. И проследи, чтобы Флэйра не подстрелили.
– Хорошо! Я лучшая в слежении за тем, чтобы пони не подстрелили. – В этом было мало смысла, но она сказала это с такой уверенностью, что я решила не спорить.
– Отлично. – Сказала я, потрепав гриву Серенити. – Ну, пошли. – Солдат усмехнулась и повела меня дальше.
Вагон, к которому меня отвели оказался в самом конце по левый бок от платформы. Он выглядел свежевыкрашенным в синий цвет, и на её двери была золотая надпись "генерал-майор Хэйлшторм". Что-то внутри меня сжалось, и я обнаружила, что тупо нервничаю. Я встречалась с многими пони из верхушки Дайса, но эта пони действительно заставила меня понервничать. Возможно, это из-за того, что я на самом деле поняла, как работает этот город и НКА. Или потому, что у этой пони в подчинении была целая армия, по численности превосходящая все банды вместе взятые, с лидерами которых я общалась.
Солдат, за которой я следовала, не проявляла заботу о моём экзистенциальном кризисе и внезапно открыла дверь, заставив меня вскарабкиваться за ней. – Хайред Ган из Хизаев. – Сказала она. Внутри вагон был избавлен от большинства сидений и оказался также выкрашен в синий цвет. Стены были полностью синими за исключениями гербов НКА, которые иногда встречались на них. В дальнем конце вагона было три пони, стоящих вокруг стола.
Одним из них был генерал Скоятель, который, увидев меня, подарил мне короткое "ураа". Другим был майор Лаки, уставившийся на меня своими бледными глазами, после чего сказал что-то, что я не услышала, третьей пони. Эта пони была довольно крупной коричневой кобылой-единорогом с ярко-розовой гривой и хвостом, которые были сплетены в косы. Она прошептала что-то Лаки, а затем наконец посмотрела на меня.
– Хайред Ган из Хизаев, я ждала тебя. Оставьте нас одних. – Сказала она и сразу два представителя верхушки НКА отправились на выход.
– Не шути с ней, Хайред. – Сказал мне Лаки, когда проходил мимо, а Скоятель лишь вежливо кивнул.
После этого, я и пугающе большая коричневая кобыла остались одни в вагоне. Она пристально смотрела на меня, после чего улыбнулась. – А ты на самом деле больше меня. Мне было тяжело поверить в такое. Ну, иди сюда: никто больше не смотрит и мне не нужно соблюдать все эти надоедливые процедуры. Хочешь выпить? – Она левитировала бутылку вина и начала наливать мне в бокал, хотя я даже ничего не сказала. – Лучшее в апокалипсисе это то, что теперь каждая бутылка вина стала старинной.
– Ээ… – Я остановилась у стола, но всё равно держала уважительную дистанцию. – Спасибо, мэм.
– Угх, не называй меня "мэм". Я ненавижу быть "мэм". Это заставляет меня чувствовать себя старой. – Она хлебнула из бокала. – Если кого и можно называть "мэм", то это майор Лаки. Он такой же старый, как Селестия, и такой же сварливый, как какая-нибудь бабка с фермы. Ну, ты пей. – Она задержала свой взгляд на мне, и этого было достаточно, чтобы заставить меня выпить. – Не то, чего ты ожидала, ага? – Я взглянула на кобылу. Она была не такой уж и старой, но я могла заметить несколько седых волосков в её розовой гриве и вокруг её рта и глаз начали появляться морщины. Кажется, она чувствовала себя довольно комфортно в своей форме, которая для обычного пони показалась бы чрезвычайно душной. Хотя кажется она из тех пони, которым комфортно всегда.