В голове были лишь стуки, когда пули пробили моё импровизированное укрытие. Они промахнулись, но забрызгали мою гриву водой.
– Эй! – Прокричала я бойцам НКА с пистолетом во рту. – Взять их! – Затем, я услышала дружный боевой клич и свист множества пуль. Отлично, сработало.
Быстро развернувшись, я швырнула остатки корыта в сторону рейдеров. Оно отлетело не очень далеко, но всё же отвлекло их. Посмотрев назад, я бросилась в атаку, сбивая рейдеров с ног. Мой пистолет усердно стрелял, но попал в цель лишь на десятый раз, после девяти промахов. Однако, этого хватило, чтобы пробить грудь какой-то кобыле. Подпрыгнув, я бросилась на ближайшего пони. Силы моего удара по спине бедного рейдера было достаточно, чтобы он упал в грязь, визжа, как резанный поросёнок.
– БЛЯТЬ! – Один из рейдеров попятился от меня. – Она — монстр! – Это было так мило с его стороны. Так мило, что я смогла лишь улыбнуться, когда его пуля попала мне в ногу. – Она, блять, под Дэшем!
Я, спотыкаясь, подошла к нему и бросила пистолет к его ногам. – Он пуст. – Не знаю, зачем я это сказала.
Рейдер посмотрел сначала на меня, потом — на пистолет, а затем — на взвод НКА за моей спиной. И убежал. Остальная часть их группы последовала за ним, за исключением одного единорога, который был без промедления расстрелян и превратился в кровавые ошмётки. Упав на землю, я опустила голову в грязь.
М-м-м... Грязь.
–––
Я пришла в себя и сразу почувствовала жуткую боль, когда стала ясна вся серьёзность моих травм. Две пули ранили мою недавно зажившую ногу, а ещё одна — задела мой бок. Это уже не говоря о ноже, торчащем из моего прекрасного крупа, попавшего именно в центр трёх камней, составлявших мою кьютимарку. – Застрял в мышце. – Сказала Серенити, вырывая нож, и вызвав волну боли, пронзающую меня насквозь. Тихо выругавшись, я закусила своё одеяло, по вкусу похожее на землю.
– Какого хрена это было! – Командир-гуль, который до этого так любезно забрал моё оружие, закричал на меня. Взгляд, которым я посмотрела на него, пока Серенити прижимала ткань к моей ране, должно быть, о чём-то ему сказал, так как он быстро понизил голос. – Зачем ты ворвалась в рейдеров?! Ты вообще представляешь, на что они способны? – Если бы мы не тот факт, что мы находились в его лагере, в его личной палатке, я бы выбила его омерзительные зубы.
– Они разбудили Серенити. – Ответила я, позволяя грязному одеялу упасть на землю.
– Значит. – Его бледные глаза злобно смотрели на меня. – Ты напала на банду рейдеров, потому что они разбудили твою дочь? Да ты сумасшедшая! – Агась, а ещё пьяная. Это напомнило мне, что ещё в баре я купила бутылку виски на будущее. Сунув руку в седельную сумку, я вытащила бутылку и сделала небольшой глоток. Приятное жжение и тепло разлилось по моей груди, и уже почувствовала, как боль начала притупляться.
– Она не моя дочь.
– Да, её! – Радостно крикнула Серенити, всё ещё занимаясь моим многострадальным крупом.
– Нет, не моя. – Повторила я. Гуль поднял бы бровь, если бы она у него была. – Серьёзно.
– Это не имеет значения. – Он начал ходить взад-вперёд по маленькой палатке. Его настроение постоянно менялось от ярости к едва скрываемой ярости. НКА разбили небольшой лагерь на окраине города, но судя по речи гуля, они им явно владели. Ну, или, по крайней мере, управляли им. – Я благодарен вам за помощь, но мы в ней не нуждаемся. Это дело НКА, и нам не нужны жертвы среди гражданского населения. – Видите, что я имею в виду?
– У вас тут рейдеры… А-ах... Нападающие на ваш город.
Я заржала, когда Серенити подбежала ко мне и залила лечебное зелье мне в горло. Откашлявшись, я почувствовала, что раны от пуль в ноге начали затягиваться.
– В любом случае, у вас будут потери.
– И что же вы предлагаете, мисс...? – Он не закончил предложение, чтобы я сделала это за него. Как мило.
– Ган. Хайред Ган.
– Удобно. – Заржал он. – Я — Лаки. – Ага, это каким надо быть везучим, чтобы превратиться в гуля? Пустошь обожает такие шутки. Я сделала ещё один глоток виски из своей бутылки.
– Что ж. У вас в подчинении есть армия пони. Дайте рейдерам отпор.
– Нет. – Теперь это было просто невежливо.
– Почему же?
– Все военные действия строго засекречены.
– В том числе и те, которых вы просто не совершаете.
Серенити хихикнула, суетясь возле моей ноги. Плоть почти полностью срослась, но она, очевидно, всё ещё заботилась об инфекции и всём таком. Он тупо моргнул, прежде чем ответить.