– Должна была… – Это был единственный ответ, который я смогла придумать.
– Эх, задним умом… Тем не менее, радиация не учитывалась. Ты говоришь, что я должен был, но это не так. Почему я должен был нести бремя ошибок и предательства? Я сделал всё, что мог.
– Этого было недостаточно. – Мой голос был резок. Я не знаю, почему злилась, но мне вдруг резко захотелось его сломать.
– Всегда недостаточно. Тем не менее, плоды моих трудов оказались не так плохи. Теперь, тоннели служат последним прибежищем для поражённого войной Дайса. – Если не учитывать тот факт, что радиация всё ещё просачивается в них, заставляя пони отчаиваться всё больше и больше. – У вас ещё есть вопросы?
– Почему, – начал Флэйр, – ты вообще решил отвечать на наши вопросы? От скуки?
– Частично, да. Но по большей части, я хотел показать, что обладаю множеством знаний, и что у меня нет секретов.
– У нас есть вопрос. – Хэйз обратилась к нему. Аликорн всё ещё выглядела недовольной словами Уоллкирка по поводу Богини. – Ты называешь себя правителем Дайса, но каким образом? Из того, что мы можем видеть, никто не правит Дайсом: за него сражаются различные банды и группировки.
– Их должно было быть всего четыре. – На экране по-очереди появились изображения всех четырёх главных казино. – Мустанги, Баши, Галициане и Хизаи. Но затем, появились Оставшиеся, что усложнило ситуацию, а после них — Стальные Рейнджеры решили заявить о себе. Вскоре, Каледонский Альянс двинулся на север, чтобы попытаться аннексировать город, а вместе с ним пришли и Наблюдатели. – Пока он говорил, на экране появлялись изображения вертибака Анклава, Стального Рейнджера в полной броне и флага НКА: феникса с расправленными крыльями, окружённого пятью белыми звёздами с белым щитом на фоне. – Всё стало гораздо сложнее. Изначально, я создал ситуацию, в которой четыре банды конкурируют друг с другом, но их силы были равны. Я позволяю новым бандам занимать место старых, но в ситуациях, когда одна существующая банда начинает теснить другую, угрожая её существованию, я предпочитаю вмешиваться, чтобы поддерживать баланс сил. – Он вновь появился на экране и указал на меня. – Ты уже была вовлечена в один такой случай. Тогда ты предупредила меня о том, что Баши хотят захватить Мустангов, и я вмешался с помощью понитронов, чтобы помешать этому.
– Зачем? – Спросила я. Наконец, мы добрались до чего-то, что на самом деле имело значение. Не то, чтобы у меня было право винить компьютер, созданный два века назад в том, что он застрял в прошлом.
– Народ будет разделён. Объединённый народ представляет опасность, объединённый народ начинает восстания и свергает правителей. Объединенный Дайс превзойдёт числом и уничтожит моих понитронов, возможно, создаст новый город. Но без меня, ведущего его к светлому будущему, этот Новый Дайс падёт. Если бы я создал только две банды, то тогда народ разделился бы между ними и начал полномасштабную гражданскую войну, если не хуже. Четыре — это оптимальное число. Это позволяет держать народ достаточно разделённым, чтобы они даже не думали о свержении правителя. В то же время и самого правителя нет, ведь ни одна банда не начнёт войну, потому что не сможет одержать преимущество сразу над тремя другими. Это также означает, что мои понитроны будут более эффективно справляться в битвах с меньшим сопротивлением. Не сомневайтесь, я правлю Дайсом, но для всех пони будет лучше, если никто не будет об этом знать. Тем не менее, всё это не всегда работает идеально: до того, как система устоялась, Мистер Хаус пытался устроить переворот, и даже сейчас он продолжает оставаться неприятной занозой в крупе.
– Ты ведь знаешь, что я работаю на него, да? – Должен ли он рассказывать мне всё это, учитывая мою принадлежность к Башам. Конечно, если он не знал, говорить ему об этом было, наверное, одной из самых глупых вещей в моей жизни.
– Конечно же, я знаю. Ты меня совсем за идиота держишь? – Жеребец на экране не выглядел оскорблённым, хотя его тон не показывал этого. – Я как раз собирался перейти к этой части. Вот в чём дело: ты нужна мне, Хайред.
– Я уже где-то это слышала… – Кажется, я не могла просто взять и поговорить с лидером банды, королём или военным генералом без их обращения ко мне за помощью. Даже Симпл Харт попросил кое-что сделать, а он называл себя богом.