– Я всегда ей была. – Голос был моим, но тело — нет. – Слишком глупа, чтобы сопротивляться, слишком упряма, чтобы видеть. Я лишь последователь, как и Платинум Хэйз.
– Перережь нити и беги! – Вайлдфайр продолжала отчаянно меня убеждать, а её пламя разгоралось всё ярче и ярче. – Ты — это ты. Не позволяй им управлять собой.
– Я — огонь и пепел. – Моя голова опустилась. – Я — смерть и разрушение. Обломки камня на моей кьютимарке говорят об этом. Это то, что я несу за собой. Теперь, я это понимаю. Не я зажгла этот огонь, но лишь благодаря мне он шёл везде, куда бы я не пошла. Я не могу бороться с тем, что они из меня сделали. Я умру по их команде, по их указу. Они сделали всё, чтобы это было так. И когда я умру, мир сгорит. Такова моя судьба.
– Ты умнее, чем думаешь! И сильнее, чем многие могут представить. – Дым принял осязаемую форму, но лишь на мгновение. – Ты крепка, слишком крепка. Знаешь фразу “между молотом и наковальней”? – Я моргнула в недоумении. – Но ты и есть молот! Брось их на наковальню, и тогда ты точно победишь! И выберешься.
– Я… Да что ты знаешь! – Я повысила голос, и за моей спиной поднялись языки пламени. Изумрудные и нефритовые, они угрожали поглотить меня. Слёзы побежали по моим щекам. Вайлдфайр просто не могла понять. – Ты мертва!
– Да. – Тихо ответила она, и дым с огнём начали рассеиваться, пока она полностью не исчезла. – Но тебе не обязательно умирать.
Я проснулась, вся покрытая потом. В глазах всё плыло. Было темно… Должно быть, уже наступила ночь… Единственным источником света была свеча в углу. Что было странно. Зачем кто-то оставил зажжённую свечу в комнате, где я сплю?
– О, ты проснулась. – Сказал Хэйз, внезапно появившись передо мной.
– Эм… Почему ты невидима? – Это был очень важный вопрос. Потому что мне это показалось бессмысленным.
– Оу, ну… Ты бормотала что-то во сне, и мы беспокоились, что если ты внезапно проснёшься и обнаружишь нас рядом, то можешь испугаться. – Она мягко улыбнулась мне. – Тебе что-нибудь нужно? Мы можем предложить тебе воду или еду.
– Нет… Ничего не нужно. – Хотя у меня немного кружилась голова, а моё тело испытывало ужасную боль. – Сейчас… Мне просто нужно. Подумать.
– Мы просим прощения, тебе приснился кошмар? Можем ли мы как-нибудь помочь тебе? – Это приятное предложение, но я не была уверена, что она сможет что-либо сделать.
– Ага, кошмар. – Однако, он отличался от моих обычных кошмаров. Вайлдфайр даже не умерла в конце… Хотя, я думаю, что это из-за того, что она уже была мертва. – Я… Можно я задам тебе вопрос? Личный. Это важно…
– Не стесняйся спрашивать нас о чём захочешь, и мы ответим тебе в силу наших возможностей.
– Как ты… – Мне было тяжело подбирать слова, возможно, это связано с серьёзной кровопотерей. – Как ты справляешься. С тем, что случилось с тобой… Ну, то есть... Раньше ты была обычной пони, а теперь… Тебя забрали и изменили. – Хоть с нами и случилось всё по-разному, она была единственной пони из всех, кого я знала, кто хоть как-то мог понять меня.
– Мы… – Она опустила взгляд. – Мы — не лучший аликорн, чтобы отвечать на такой вопрос. Мы слышали, как многие наши сёстры жаловались на действия Матери, и хотя мы и понимаем их, мы точно не разделяем эти чувства. – Она сглотнула. – Нам… Нравится, что с нами случилось. Наша жизнь была… Не самой лучшей до того, как Мать приняла нас и дала цель, смысл жизни и семью.
– О… – Тихо ответила я, чувствуя лёгкое разочарование.
– Тем не менее, ты можешь поговорить с Даймонд Скай. – Продолжила Хэйз. – Она… Она может тебя понять, как нам кажется. Она всегда с неприязнью относилась к замыслам Матери и никогда не хотела принимать эту форму, и до сих пор считает, что она ей не нужна. Мы говорили с ней об этом много раз. Она говорила нам о том, как чувствует себя… Говорила, что всё это сделали с ней против её воли, что ей часто трудно смотреть на себя в зеркало, потому что на неё в ответ смотрит не та, кем она является. Когда я спросила, почему она так себя чувствует, то сказала, что у неё всего одна жизнь и пони использовали её в собственных интересах, нисколько не заботясь о её мнении… Это расстроило её. Мы можем понять эти чувства.
Я кивнула в ответ. – Я не знаю, что и думать… – Я коснулась копытом груди, пытаясь выяснить, могу ли почувствовать пламя, горящее внутри меня. – Я ненавижу это. То, что они со мной сделали. Я даже не помню этого, но я это ненавижу.
– Почему? – Это был простой, но важный вопрос.
– Потому что! Они не имели права… – Я стиснула зубы. – Это была моя жизнь. Моё тело. Они напихали в меня кучу иголок. Для чего? Чтобы я могла умереть по их приказу? Чтобы я убила всех, кто будет рядом со мной? Даже не имея собственного голоса? Ты видела, как они говорили обо мне? На видео. Я была просто экспериментом. Инструментом в их копытах. – Я ударила по кровати, чтобы хоть как-то избавиться от гнева.