Какие-то здания, выглядевшие так, будто их построили недавно, но при этом казалось, что в подавляющем большинстве они были сделаны из старых частей поезда. Но даже в темноте я видела, что их недавно покрасили. Я медленно пробиралась сквозь поселение в полной тишине. Народ вокруг спал, это понятно, но для меня было шоком, что мне не встретился ни один охранник, который бы защищал пони во сне. Даже в самых мирных городах приходилось поддерживать такой порядок.
Может, этот город на самом деле был заброшенным? Я не видела никого поблизости, и эти дома, казалось, были без света, а ещё я не слышала никакого движения. Возможно, трава под моими ногами была каким-то биологическим оружием, которое заставляло жителей покидать… Покидать… Я не смогла придумать более правдоподобную теорию с биологическим оружием. Казалось, что после раскрытия того факта, что я — живое мегазаклинание, я смогу придумывать любую херню, какую захочу, но мне не хватало для этого воображения.
Вместо этого, я шла по улице так тихо, как только могла. На самом деле, если бы моё тело не состояло на тридцать процентов из металла, я была бы довольно скрытной пони. Но на тот момент, мне было нормально и так, поскольку не особо нужно было красться.
У меня никогда не было времени по-настоящему оправиться от всего. С момента взрыва мегазаклинания над Дайсом или даже раньше, у меня выпадал всего один или два дня на отдых, но даже с лечащими зельями этого никогда не хватало. Взрыв, битва с драконом, второй взрыв и падение здания на меня, прорыв через Хищника и всё, что случилось в Комплексе. Это, если быть честной, события одной недели. Или чуть больше, чем недели? Честно говоря, всё так смешалось, что я уже не была уверена.
Самое главное — это боль, которую я испытывала. Не только из-за проткнутой насквозь ноги, но из-за всех тысяч ран, полученных на Пустоши. Всё тело покрывали порезы, царапины и шрамы; их было так много, что я даже не могла вспомнить, откуда каждый из них был. Через всю спину шёл длинный шрам, я не помню, получила я его во время битвы с Драконоборцем или во время падения после побега с Хищника.
Всё это накладывалось друг на друга. Травма за травмой до тех пор, пока я не начала испытывать постоянную боль, забыв, что значит чувствовать себя здоровой. Половина моей головы всегда пульсировала? Как давно я начала хромать? Могу поклясться, что хромала ещё до последней колотой раны в ноге. Область вокруг моего глаза постоянно зудела, и мне приходилось игнорировать это, потому что от чесания становилось только хуже. Боль похожа на волны, бьющиеся о прибрежные скалы. Но со временем вода рушит даже самые крепкие из них.
Я глубоко вдохнула, позволяя запаху жизни наполнить меня.
У меня не было времени сидеть и считать раны. Есть работа, которую нужно сделать, несмотря ни на что. В этом месте было что-то, из-за чего было трудно думать. Оно было таким спокойным, таким безмятежным, словно картина созданная, чтобы напоминать кому-то о его детстве. Оно было совершенно невинным, в отличие от меня. Возможно, именно поэтому мою голову забивали мысли о боли, пока я шла сквозь маленький странный городок: меня наполняло непоколебимое ощущение, что мне не место там.
Я была порождением крови и войны. Буквально инструментом для причинения страданий и боли. Я сделала себя катализатором разрушения, и когда я умру, если верить другим, после себя я оставлю лишь эти разрушения. Как такое место вообще может существовать? Оно было таким идеальным, что я начала чувствовать себя больной.
– Ёбаное тупое место. – Пробубнила я себе под нос. – Ненавижу. – Это была не совсем правда, но и так сойдёт.
Прежде чем у меня появилась возможность ещё больше обругать город, я увидела две фигуры, подсвеченные лунным светом и начавшие идти ко мне на встречу. Должна признать, я запаниковала. Город казался мне таким покинутым, что внезапное появление пони напугало меня, поэтому я побежала к ближайшему дому и, к счастью, он оказался открыт, так что мне не пришлось выламывать дверь.
Я прождала довольно долго в тёмном доме, прижавшись ухом к двери, чтобы удостовериться, что меня не заметили. В конце концов, я достаточно успокоилась, чтобы отлепиться от двери и оглядеться вокруг.
Это явно был дом. Мой киберглаз зажужжал, включив ночное зрение, чтобы справиться с тьмой. – Миленько. – Пробубнила себе, проходя мимо маленькой прихожей в своего рода гостинную. Она определённо выглядела так, будто в ней кипела жизнь.