Она злобно взглянула на пегаса, но даже для меня этот вопрос показался резонным. – Потому что они понимают мои мотивы, они могут симпатизировать. А Хайред? Она, как ураган: она приходит, твори неведомое дерьмо и уходит. Это то, что мне рассказали. Они считают её угрозой, и мне тяжело с этим поспорить.
– Спасибо… – Сказала я, не зная, как воспринимать это заявление. То есть, Лемон Кейк едва меня знала, и я не уверена, что именно такой репутацией мне хотелось бы обладать. – Но это совсем не важно. У меня есть… Предложение.
Кобыла холодно взглянула на меня, но, казалось, ждала продолжения. Конечно же, перед тем, как вообще начать объяснять, чего я от неё хочу, мне пришлось рассказать долгую предысторию. В частности о Наблюдателях, о том, что они сделали со мной, с другими и об их планах. К моменту, когда я закончила объяснение, на её лице появилось явное отвращение.
– Если ты говоришь правду. – Конечно. – То, что ты хочешь от нас? Мы потеряли много пони, и даже с большой удачей у нас не хватит сил победить целую армию.
– Я думала не об этом.
– Тогда объясни получше. – Это справедливое замечание.
– Как думаешь, сколько Стальных Рейнджеров осталось в Комплексе? – Спросила я. Кажется, этот вопрос вызвал у неё раздражение, но я просто подводила её к нужной мысли.
– Невозможно сказать точно. Мы знаем, что те, кто не захотел присоединяться к нам, искали выход и, возможно, нашли его, но сказать наверняка нельзя. Вот почему мы организовали оборону в наиболее вероятном направлении атаки. Тем не менее, даже если бы мы хотели продвинуться дальше, то большая часть Комплекса закрыта.
– Необязательно. – Я постучала по ПипБаку. – У меня есть ключ.
– Пиздёж. – Лемон Кейк засмеялась. – С чего бы мне верить в это.
До того, как я успела отстоять своё совершенно лживое утверждение, к костру подошла пони без брони. – Паладин Кейк, рыцарь Баттеркап. – Она слегка поклонилась, прежде чем продолжить. – Когда эта кобыла была… Захвачена паладином Блэкуотер, мы впервые попали в Комплекс только благодаря её способности открывать его. На её ПипБаке есть программа, которая обходит внутреннюю систему безопасности, но её невозможно перенести, а сам ПипБак невозможно снять. Вот почему мы держали её в плену. Как бы мне не хотелось признавать это, но она говорит правду.
– Видишь! – Сказала я, указывая на пони. – То есть, спасибо. Ээм… В любом случае. – Я привлекла внимание Лемон Кейк, а другая кобыла, Баттеркап, уставилась на меня. – Я могу открыть секреты Комплекса специально для тебя. Рейнджеры же именно этого хотят? Технологии.
Кейк взглянула на костёр, размышляя о том, что я сказала, но прежде чем она успела ответить, в разговор вмешалась рыцарь Баттеркап. – Мэм, при всём уважении, на вашем месте я бы не верила ни единому слову. Её обещания — яд, и она приносит смерть, куда бы не шла. Просто отступите.
– На этом всё, рыцарь. – Сказала Лемон Кейк, и когда рыцарь снова попыталась заговорить, она повторила. – На. Этом. Всё. – Это было сказано таким тоном, что спорить было просто невозможно. После того, как рыцарь угрюмо ушла, Кейк продолжила. – Чего ты от нас хочешь?
– Защитите пони. – Просто сказала я. – В Дайсе намечается что-то крупное. Когда мы придём туда, то станет ещё хуже. Я лишь хочу, чтобы твои пони защитили город. Парасайт Маунд. Защитили любые караваны, если они будут заходить в него за товарами или припасами. И, по возможности, снабдили местных жителей всем необходимым или своими знаниями.
Последовала ещё одна долгая и тяжёлая пауза, пока кобыла обдумывала моё предложение. – Это совпадает с нашей новой директивой, и это то, ради чего мы пришли в эту Селестией забытую часть мира. Мы сделаем это. Но, вероятно, нам понадобится большей деталей твоего плана.
– У меня есть другие союзники. – Для начала сказала я. – Финишеры. – Она вопросительно взглянула на меня, но я продолжила. – Баши, армия понитронов. Пони. Они все на юге, в Парасайт Маунде. Мы пойдём вперёд. Предупредим, чтобы они ждали вас. Пойдёте за нами следом уже завтра. И тогда мы всё обсудим.
Лемон Кейк долго и холодно смотрела на меня, прежде чем кивнуть. – Раз ты не тянешь меня за собой насильно, то мы пойдём. – Мы долго сидели в тишине, и в конце концов я поднялась, собравшись уходить. Ждать дольше не было смысла. – Почему ты делаешь это? Что это для тебя значит?
Месть казалась мне самым точным ответом. Или это, или желание досадить, что можно расценивать, как такую же месть, но поменьше. Возможно, мне следовало сказать, что я хочу мира, справедливости и движения по пути Эквестрии, но она ни за что бы не поверила в это. Возможно, для меня это оказался слишком сложный вопрос, потому что я не была уверена в ответе. И я озвучила довольно слабую причину. – Потому что кто-то должен это сделать. – Сказала я, повернувшись в сторону выхода из города и избегая взгляда Баттеркап, которая всё ещё стояла неподалёку. – И я устала.