– Мы считаем, что у нас есть какое-то особое предназначение. Пустошь поместила нас сюда не просто так... она хочет, чтобы мы сделали что-то. Что-то хорошее, чего не делают другие пони. Она хочет, чтобы мы сохранили принцип довоенной жизни. Так что мы будем делать именно это.
Ну, это объясняет название. Блин, я надеялась на что-то более загадочное.
– Что-то я заговорился.
“Да что ты, вообще нет,” – раздраженно подумала я.
Мы неожиданно остановились около точно такой же синей палатки, что скрывала от лишних глаз мою связанную тушку некоторое время назад. Вход палатки был закрыт, но я могла видеть тени фигур, сидящих внутри. Одна из теней показалась мне подозрительно знакомой.
– Мы на месте.
Серенити. Внутри. Я так долго ждала этого. В голове заиграла грустная скрипичная мелодия.
– Эй. – крикнула я вслед уходящему доку и минотавру. Он развернулся и посмотрел на меня беспристрастными чёрными глазами. – Кто ты такой? – возможно, мне стоило спросить это, когда мы встретились, но я не настолько умная.
– Клин Кат. Я являюсь основателем и непосредственным руководителем Наблюдателей.
После этих слов он убежал в закат со своим верным другом минотавром. Без шуток.
Не важно.
С трепетом в груди я вошла палатку, готовая к самому худшему.
– ХАЙРЕД!!!
Она обняла меня, и её предплечье на моей щеке вызвало мурашки у меня на коже.
– Я скучала по тебе.
Как долго меня не было с ней? Я должна была задать другой вопрос... но нет. Она выпустила меня из своих объятий и посмотрела на меня с теплотой, которую я не заслуживаю.
– Ты спасла меня! Снова! – она хихикнула.
Мне начало казаться, что она под обезболивающими. Взглянув на её грудь, я заметила, что рана практически затянулась, и осталась всего лишь сеточка мелких шрамов.
Я аккуратно положила её на кровать, пока она продолжала говорить.
– Это уже третий раз. Третий! Я должна начать записывать.
– Серенити, я…
– Я надеялась, что во время операции они добавили мне импланты. Например, сердце! Тогда я была бы киборгом. Прямо как ты! Я бы смогла напугать любого рейдера.
– Серенити, посл...
– Ты только подумай! Эта идея была настолько крутой, что я не спала всю ночь, обдумывая это. – ну, это хорошее изъяснение. Я сделала мысленную заметку о том, чтобы следить за тем, как мои кобылки спят. – Правда, я не спала, так как подумала, что ты сердишься на меня...
– Сержусь на тебя? – я должна была остаться тут. Я не могла сердиться на эту кобылку больше пяти минут. Поверьте мне, я пыталась. – Нет, Серенити, я не сердилась.
– Хорошо. Когда они скажут, что я здорова, мы сможем уйти отсюда и найти хорошую работу с...
Возможно, мне нужно было рассказать её о своих планах. Объяснить, почему мы пришли к Наблюдателям. Найти её дом. Теперь пришло время расстаться, но... я не могла. Слова застревали в моём горле, скручивая мои внутренности в узлы.
– Ты останешься здесь.
Она посмотрела на меня. Я могла физически почувствовать напряжение, повисшее в воздухе.
– Ч-что? Я тебе не нравлюсь?
Я не могла смотреть ей в глаза. Это... В моих планах это было намного легче. Сейчас она могла предположить, что я её ненавижу или же не люблю её. Я ведь уже продавала её рейдерам. Всего на тридцать секунд, но всё же...
– Нет, ты нравишься мне...
Слова застревали у меня в горле. Опять. И почему я не могла подождать Смуз Тонга хоть минуту?
– Взгляни на себя.
Она посмотрела на своё исцелённое тело и оглянулась по сторонам медицинской палатки; она считала это место своим временным домом.
– Ходить со мной не всегда безопасно. Ты опять пострадаешь. Ты можешь умереть.
– С твоей-то заботой обо мне? – она сказала это, отстранившись. – Никогда.
– Ты уже получила серьёзные травмы, – или она и вправду забыла то, что приключилось с ней несколько дней назад? – Ты почти что умерла.
– Н-но... Это же было только один ра...
– И когда ты почти утонула в стойле?
– Ну... – Серенити сморщила мордочку, раздумывая. – Н-но ты же спасла меня. Оба раза.
– Всё равно. – я вздохнула, мягко прижимаясь к её шее. – Я ведь не непобедимая. И не святая.
Блять. Очевидным было то, что я должна была оставить её, прежде чем она стала считать меня героиней.
– Я стараюсь изо всех сил. Но, как говорится, дерьмо случается. Я не могу подвергнуть тебя опасности.
И почему я была настолько соблазнительна для неё?
Эмоции были для меня чем-то странным. Я могла спокойно, без всякого страха убить рейдера, но я не знала, что делать, когда мои глаза начали заливаться слезами. Я не могла остановить слезы, стреляя в них. Так что я сделала то, что делала всегда, – зарывала их внутри себя.