– Ладно. Значит... у меня не будет перерыва?
Я встретила на себе его невозмутимый взгляд. Секунду спустя он засмеялся.
– Нет. Смой с себя грязь... и почисти свой хвост.
Мой хвост в порядке. Я помахала им из стороны в сторону, чтобы доказать это.
– Когда ты последний раз чистила его? – никогда. Это глупый вопрос.
– Иногда я чищу его, пока она спит...
Я оглянулась на Серенити, когда она хихикнула на моей спине. Это шутка или нет? Она открыла рот, чтобы продолжить говорить, но кто-то из бара прервал её.
– Сделай погромче! – крикнула серая кобыла, глядя на радио. Как раз в это время шла передача Мистера Нью Хайгаса. Ну, это как бы единственная передача на радио. Удивительно было то, что он был... не такой как всегда.
– ...вы всё слышали сами, дорогие пони. Вчера... О, Селестия, этот день войдёт в историю и будет позором для всего нашего поколения... Вчера база НКА в Южном каньоне была неожиданно атакована. Эта информация ещё не подтверждена, но говорят, что минотавры применили жар-бомбу в катакомбах под базой… – он сделал паузу, как будто сам не верил в свои слова. – Неизвестно сколько всего погибших после этой атаки, но мне кажется, что сейчас мы видим новую главу в истории пони. Да сохранят нас Богини...
– Какого...
Моё сознание помутилось. Взрыв жар-бомбы. Война. Но больше всего я думала о присоединении минотавров к Мустангам. И моём тоже, что фактически означало для меня то, что я объявила войну НКА. В моей памяти всплыло единственной слово...
Выжить.
–––
– Ау. – я нехотя дёрнула ногой. – Щекотно.
– Тьфу, не я вина тому, что твой хвост так испачкался.
Я сердито посмотрела на неё, но она не видела этого – слишком уж она была занята моим хвостом. Серенити явно была довольна собой, но у меня слишком много хлопот для того, чтобы самой почистить себе хвост... Ну, я же не виновата, что Селестия создала меня земной пони, правда? Ей было удобнее – она была единорожкой, а для меня это было слишком трудно. Нет ничего сложного, когда рядом с тобой твои друзья.
Дорогая Селестия: я начала говорить всякие стереотипные фразочки.
– Это напомнило мне, – я повернула голову в сторону окна на другом конце нашего грязного гостиного номера, который Серенити называла нашим домом. Флэйр спокойно залетел в проем и приземлился посреди комнаты. – Ту ночь. Ты наняла бармена и вот этой вот щёткой...
– Кхм. Флэйр, тут маленькая кобылка. – Серенити, посмотрев на меня, хихикнула и побежала обнимать пегаса. Я закатила глаза и села на пол. – Тебе что-то нужно?
Флэйр не отвечал на мой вопрос, пока не взял маленькую единорожку и не подкинул её обратно мне, чтобы она продолжила заниматься своим любимым занятием.
– У меня есть новости. Да-да, всё ещё пытаюсь вернуть долг. – в точку. – Это важно... – сказал он, после того как взъерошил гриву Серенити. – Очень важно. Это прям ну очень важно, как если бы сама Селестия спустилась, чтобы передать эту новость. Ну очень важн...
– Атака на базу НКА.
– Ты всё испортила! – пегас хмыкнул и взлетел, чтобы скрестить ноги, глядя на меня. – Даже не можешь дать мне сказать до конца. Ну, хотя бы один раз! Так долго планировал как подать тебе эту новость, а ты взяла и всё испортила! Теперь мне нужно придумать что-нибудь другое... О, придумал!
– Я слушаю. Очень внимательно слушаю. – я сказала это нудным тоном, глядя на старые испорченные обои. Когда-то они были белыми, с изображениями Селестии и Министерских Кобыл (думаю, это было сделано для тех Эквестрийцев, которые приезжали в Дайс чтобы отдохнуть от войны), но с тех пор пожелтели и отслоились от стены так, что я могла видеть гнилые доски за ними.
– Кое-кого в этой комнате могут снова взять в Анклав. Ну, я имею в виду Оставшихся. Честно говоря, со всей этой войной Анклава на севере, им надо сменить название на что-то менее... просто что-то другое. Я слышал, что они отправляют Хищников за всеми бывшими членами, что может пагубно сказаться на наших приключе...
Ох, Селестия, он не может заткнуться. За что мне это?
– Я думала, что ты ушёл.
– Да! Так и есть. Я ушёл после того, как однажды случайно взорвал один из наших складов. Кажется, тогда я был под дэшем, но ты же видишь, что я уже бросил!
Он показывал нам все свои действия, паря над потолком. Мать моя – Селестия, каждый раз после разговора с этим синим пегасом, у меня начинает болеть голова.
– Может быть месяц. А может быть и меньше – смотря насколько разгорится война, но они хотят убедиться, что я избавился от зависимости, прежде чем вернуть меня обратно. Взрывы и наркота – это не хорошо, бла-бла-бла.
Его насмешка показала мне другую сторону его личности.
– Ох, так ты можешь остаться с нами?! – защебетала Серенити. – Ну, пока ты не сможешь вернуться в Анклав. Хайред классная рассказчица, но она не рассказывает так же хорошо, как ты.