— Итак, вся эта история крайне захватывающая! Понимаешь...
— Мы взяли лодку, — сказала Скотч, перемешивая угли с досыпанным углём.
— Мы не только лишь взяли лодку, — резко произнесла Маджина. — Там ещё были...
— Ага, мы прошли ещё и через болота, — продолжила Скотч, и Маджина тихо завыла, будто чайник, а пони тем временем закончила, — а затем мы приехали сюда на «Виски Экспр... гхыр!
— Захватывающие истории рассказываются не так! — провизжала Маджина, схватив Скотч за шею, сжимая её и тряся.
Алетта лишь таращилась на них так, будто все они сошли с ума.
— Ты к этому привыкнешь, — произнесла Прелесть. — Тем не менее, откуда появилась эта трава?
— Это оружие, которое создали пони. Они посеяли её во время войны, — тихо произнесла юная кобыла.
Прелесть решительно уставилась на зебру.
— Эм... я в этом сомневаюсь. — Алетта на это лишь моргнула. — Я не утверждаю, что пони не могли бы сотворить что-то подобное, но взгляни на меня, вот это и есть то, что создают пони, — произнесла дракокобылка, указав на себя. — Так что будь она каким-нибудь травяным чудовищем... или сплетайся она в магические лозы, которые ползли бы за тобой... или умей она превращать тебя в пони... вот это однозначно было бы понячьей штукой.
— Я... об этом ничего не знаю, — пробормотала Алетта.
Возможно, в словах Прелести имелся смысл. Коварная сущность травы будоражила разум Скотч. Как что-то, будучи столь гадким и разорительным, могло не являться при этом оружием? Чтобы разобраться с ней, потребуются усилия целого племени, члены которого будут бороться с ней все вместе, вырывая и сжигая все стебли до последнего. Когда водяной бак наполнился, Скотч попыталась отдать немного собранного ими хлама в качестве платы за воду, но Алетта ничего не приняла, она лишь смотрела в землю и дрожала. Скотч заметила, что из дома за ними с опаской наблюдают другие покрытые шрамами зебры. По крайней мере, жеребята выглядели как зебры, а взрослые... как кто-то мог продолжать жить, будучи покрытым таким количеством шрамов?
— Нам следует отправляться, — сказала подошедшая к трактору Пифия. — Я посоветовалась с Тхюрбаном, Ашуром и Пифегилосом, и они в один голос согласились, что надвигается беда.
Коротко вскрикнув, Алетта рухнула обратно на землю.
— Старкаттери! Старкаттери! — прокричала она, после чего зарылась лицом в грязь. — Обречена! Проклята! Навеки!
— Нет! Она – да, но... я это к тому, что ты не проклята! — резко произнесла Скотч Тейп, после чего изумлённо уставилась на Пифию. — Скажи ей, что она не проклята!
— О, я бы сказала, что она проклята. Ты только взгляни на это место. Утрачивают землю под напором сорняков и грабителей, — хладнокровно произнесла Пифия. — Они имеют дело с весьма гадостным проклятьем.
— Проклята. Проклята, — стонала Алетта.
Усевшись на землю, Скотч Тейп схватилась за свою гриву и, потянув её изо всех сил, завопила во всю мочь:
— Ты не проклята!
— А я думаю, что она, возможно, всё же проклята, — пробормотала стоящая на сидушке трактора Маджина. Кобылка, прикрыв глаза от солнца копытом, пристально оглядывала траву.
— Теперь ещё и ты, — прохныкала Скотч. — «Неужели каждая зебра просто безумна? Наверняка так и есть!»
— Она права. Со стороны дороги идёт дым. Это очередной трактор, — добавила Прелесть, забравшись на сиденье к Маджине.
Их собственный транспорт испускал весьма заметную струю серого дыма, и оставшийся у Миноги летун, вне всяких сомнений, его заметит. В поисках Скотч Тейп они придут прямо на эту ферму, и кобылка сомневалась, что они будут столь же добры, как их компания.
Как ни крути, они ведь направляются сюда не за провизией; они полагают, что живущие здесь зебры что-то знают. А учитывая то, с какой готовностью при появлении Скотч семья Алетты выбросила ту за порог, её, скорее всего, пошлют отвечать и на их вопросы.
— Забирайся в прицеп, — сказала Скотч изуродованной зебре, а та лишь моргнула, глядя на кобылку. — Ты проклята. Если ты останешься здесь, то проклятье останется с твоей семьёй. Забирайся! — После чего, чтобы пресечь любые дальнейшие препирательства, Скотч вытащила пистолет и направила его на Алетту. Челюсть кобылки дрожала, пока зебра в ужасе таращилась на неё. По покрытым шрамами щекам кобылы потекли слёзы, и она медленно побрела к трактору. Как только Алетта забралась в прицеп, Скотч прокричала в сторону дома:
— Я забираю вашу дочь в Рисовую Реку! Как только она покажет нам дорогу, то вернётся домой! — «Ну вот, теперь, если они всё же сделают остановку и начнут задавать вопросы семье, то получат ответы и, будем надеяться, ринутся за мной, не став допрашивать этих зебр, которые не заслуживают ещё больших бед.»