— Ага, но мы действительно сбежали от неё, — нахмурившись, сказала Скотч. — Чтобы сбежать от неё, «Абалон» прошел прямо через центр мегазаклинания «Окамбо». — Эти слова немного поколебали его слегка покровительственную улыбку. — Затем мы заблудились в болотах Орах и, чтобы добраться досюда, мы шли и ехали, через покрытые травой равнины.
Он несколько секунд пристально смотрел на Скотч, после чего поправил свои очки.
— Мне кажется, что мне нужно услышать всю историю целиком, — невозмутимо произнёс он, и кобылка всё ему рассказала; они засиделись до глубокой ночи.
* * *
Никакое событие не может вызвать больше беспокойства, чем то, когда ты внезапно просыпаешься в странном месте, а квартира доктора Галена насквозь пропахла несвежей лапшой и антисептиком. Набивка в пахнущем плесенью диване была жесткой и свалявшейся, а Пифия часто лягала пони во сне.
Так что проснуться лицом к лицу с дракокобылкой явно не походило на то, как Скотч планировала начать день. Кобылка едва не закричала от испуга, но Прелесть закрыла ей рот.
— Что произошло? Где мы? Я кого-нибудь убила? Мне нужно кого-нибудь убить?
— Ты очнулась! — выпалила Скотч, крепко обнимая Прелесть. — Та пуля попала тебе прямо в голову! И врач её извлёк, — сказала она, указав на Галена, который, глупо мигая, наблюдал за тремя кобылками со своей койки.
— Ух, какой смысл быть полудраконом, если ты не пуленепробиваемая? — простонала она, упав на круп, и потерла голову. — А у меня хоть классный шрам останется? Ну знаешь, такой, который говорит: «Я получила пулю в голову и выжила»?
— Да тебе повезло, что ты вообще выжила! Мы за тебя так переживали! — ответила Скотч, а затем взглянул на Пифию: — Да?
— Это она переживала. А я знала, что ты слишком надоедливая, чтобы умереть, — чопорно уведомила их кобылка и с головой закуталась в одеяло.
— Спасибо! — ответила Прелесть, затем кинула на Пифию сердитый взгляд: — Минуточку. Ты что, язвишь?
— Если уж на то пошло... — прозвучал ответ из одеяла.
Подбежав к Прелести, Гален достал фонарик и начал светить ей в глаза.
— Какое поразительное выздоровление. Я ещё никогда не видел, чтобы гибридные пони, да и зебры тоже, восстанавливались настолько быстро.
— Эй! Лучше бы вам двоим отстать от моего лица, иначе я... — слабо сказала она и внезапно завалилась на бок, подергивая ногами. — Ладно, полежу здесь, пока комната не перестанет вращаться.
Очевидно, Прелести нужно было продолжать лечение, однако после пары зелий она уже прихлебывала овощной бульон. Когда вернулись Осана, Маджина и Алетта, доктор вовсю суетился вокруг дракокобылки, которая приветственно помахала Маджине:
— Приветик. Думаю, та фея бронебойных пуль все-таки меня настигла, а? — спросила она, но кобылка в ответ лишь опустила глаза, и ухмылка Прелести тоже исчезла.
— Доктор! — гаркнула Осана, промчавшись мимо Галена с Прелестью в операционную, после чего начала кричать: — Ты использовал наши зелья восстановления! Тут почти не осталось молочая солнцегляда! Шесть пачек зачарованных бинтов! — Затем она почти перешла на визг: — И целая баночка пепла феникса?! — Кобыла-продитьер вернулась в смотровую, сверля взглядом Галена, который лишь с невинной улыбкой потирал затылок. Она ткнула его маленькой пустой баночкой. — Нам дали его на тот случай, и только на тот случай, если наши услуги понадобятся главе Синдиката!
— Ну, я её терял, — промямлил доктор, переводя взгляд на стену. — А я не люблю терять пациентов.
— Что ж, теперь, если Синдикат об этом прознает, нам не жить! — медсестра посмотрела на озадаченную Прелесть: — Неудивительно, что ты так быстро поправилась! Он же на тебя истратил фактически невосполнимые лекарства!
— Катитесь нахрен, милочка! — возмущенно прорычала Прелесть. — Уж простите, что я не подохла!
Осана бросила взгляд на Галена.
— Ну разумеется, это ему стоит просить прощения! Единственное, что не может излечить пепел феникса – это смерть! Ты должна была стать пускающей слюни идиоткой или трупом, но нет, он весь его на тебя истратил! — она бросила бутылочку на пол. — Теперь, если с главой Синдиката что-нибудь случится...
— Осана, довольно, — решительно произнёс Гален, прерывая кобылу на полуслове. — Я не стану жертвовать пациентом, который умирает здесь и сейчас, ради другого, который, возможно, никогда и не появится, когда у меня есть средства, чтобы его спасти. Менди меня этому научили. Жизнь каждого разумного существа слишком ценна.
Осана гневно фыркнула и сердито на него посмотрела.
— Чтоб тебя, Гален. Ладно, забыли о пепле феникса, но скажи мне, что мы будем делать, если Синдикат пришлёт к нам кого-нибудь с пулевым ранением? Поставим их перед фактом, что мы истратили все запасы на какую-то странную драконо-хрень? — В её взгляде промелькнула лёгкая неуверенность, когда она посмотрела на Прелесть. — Я никого не хочу оскорбить, лишь констатирую факт чрезмерных расходов: даже без пепла тут затрат на тысячу талонов на еду, а может, и больше! — Кобыла потерла лоб. — Я в этом, конечно, сомневаюсь, но вы пятеро не являетесь случайно непристойно-богатыми бродягами, предпочитающими это скрывать, а?