— А это ещё что такое?
— Цены, — кисло произнесла Пифия. — Один талон – одна порция, размер которой зависит от того, чего именно ты хочешь. Это может быть половинкой божественно вкусной ягодки, либо ведром помоев. Хочешь порцию побольше – плати больше талонов, — сказала кобылка, указывая на дроби. — А вот это цена в империалах. Они, как это ни странно, по-прежнему пользуются старой денежной системой, а не крышечками. Помимо этого они принимают патроны. Девять патронов за это блюдо, двенадцать вон за то. — Пифия задумчиво скривилась. — Я только не уверена, имеет ли значение тип патрона или нет. Но не похоже, чтобы у нас было много и того, и другого.
Бредущие по улице жители города представляли собой материальное воплощение понятия «странность». Большинство из них были зебрами, но у многих имелись наистраннейшие альтерации[25]. Причудливая расцветка грив, странные наросты, вцепившиеся в шкуры существа и просто странное телосложение. Один такой был самым большим и жирным зеброй, которого когда-либо видела Скотч. Сидя на своём толстом заду, он поглощал ведро чего-то, напоминающего обойный клей, и миску полную свежих овощей. Зебра-гуль читал газету, поедая при этом насаженных на деревянные шампуры извивающихся рад-тараканов. Молодой грифон упорно пытался соскрести с кости всё мясо до последнего лоскутка, в то время как дракон-подросток поджаривал голубоватым пламенем... что-то... на когте.
Выстроившись цепью, четверо кобылок направились к прилавку. И когда они его достигли, на них, моргая, уставился зебра со странными, элегантными, вьющимися полосками, который походил окраской на кобылу из сериала «Чёрное и Белое».
— Чивоыхтите? — гаркнул он, постукивая по прилавку копытом.
— Ась? — моргнула Скотч.
— Чивоыхтитепаесть?! — выпалил он. — Нужискжитимнивашзказ!
— Он хочет узнать ваш заказ, — ухмыляясь, перевёл жеребец с широкими полосками племени Карнилия, стоящий рядом с непонятно говорящим зеброй.
— Имнноэтяискзал! — закатив глаза, рявкнул жеребец с завивающимися полосками.
— Нам порекомендовали ваше Лучистое Особое, — выйдя вперёд, сказала Пифия.
— Унасэтгонет! Зкажитештотдругое! — выпучив глаза на четырёх кобылок, рявкнул жеребец с вьющимися полосками, тыкая копытом в картинки у себя над головой.
— Погодь, Хачипа! Давай-ка поменяемся местами! — сказал жеребец-карнилия, отодвигая Хачипу в сторону, и, опустив голову, нахмурившись посмотрел на кобылок. — Это особое блюдо мы больше не подаём.
Откинув капюшон, Пифия подняла голову и уставилась на карнилианца, отчего жеребец заметно отпрянул.
— Тем не менее я бы хотела его попробовать. Мне его порекомендовал друг – доктор Гален. И похожая на меня кобыла по имени Сцилла.
— Точно. Точно. — Жеребец нахмурился, сведя брови. — Давайте-ка я схожу переговорю с управляющим. А вы, пожалуй, закажите себе что-нибудь по желанию. — Карнилианец повернулся к жеребцу с завивающимися полосками, который уже собирался обратиться к другому покупателю, и, схватив его за плечи, оттащил назад. — Дай им одну порцию чего бы они ни захотели. Хорошо. Бесплатные образцы. Мне нужно на секунду заглянуть в подсобку. — После чего он прорысил к двери, ведущей в служебные помещения.
— Решатежебыстрее! — прокричал второй жеребец, переводя взгляд обратно на кобылок: его глаза были настолько выпучены, что казалось, будто они сейчас вывалятся из глазниц.
— Чиво! Вы! Хтите! Па! Есть?! — громко произнёс он, перегнувшись через стеклянное ограждение.
— Эм... — Скотч Тейп и остальные кобылки переглянулись, и пони всё же ответила: — Эм... приготовь нам... что-нибудь вкусное? — Пифия поджала губы и секунду спустя шлёпнула Скотч по макушке. — Ай! А это ещё за чт...
Жеребец тут же лучезарно улыбнулся, и, крутанувшись, принялся за работу.
— Берегитесь! Хачипа взялся за дело! — отступая, прокричали трое зебр из племени Карнилия.
Другие обедающие останавливались и начинали скандировать:
— Ха-чи-па! — вновь и вновь повторяли они, пока жеребец с извилистыми полосками переходил от прилавка к прилавку, подхватывая направо и налево кусочки пищи, которые он переносил на своём крупе, плечах и голове, прежде чем бросить их на стол. Затем он взялся за ножи, и у ингредиентов не осталось и шанса на выживание. Жеребец самозабвенно рубил, крошил и снимал кожуру. А когда он повернулся, чтобы взять какое-то мясо, то продолжил перемешивать овощи на разделочной доске лопаткой, которую держал хвостом. Мясо с шипение шлёпнулось на сковороду, и жеребец с силой прижал его копытом! И прежде, чем Скотч смогла сказать «это негигиенично», он перевернул мясо и повторил процесс, с гудением пара вминая его в горячий металл.