— Я совсем не тот, кого нужно спрашивать. То, каким он был, и то, какой он сейчас, уже не одно и то же. Я скажу, что это наша столица, и на этом умолкну. Находится на западном побережье, недалеко от перешейка в Эквестрию, — махнул он копытом.
— А они там ненавидят пони?
— Разумеется, нет. Это было бы культурно с их стороны. Там они отмахиваются от пони так же, как и от всех остальных, не достойных того, чтобы они тратили на них своё время. Поверь мне на слово, малышка, держись от Бастиона как можно дальше. Это не то место, которое тебе хотелось бы посетить. — Вздохнув, он откусил голову другого радтаракана. Скотч не была уверена на счёт этого гуля, но он был более информативным, нежели большинство зебр, которых она уже повстречала.
— Спасибо. Я – Скотч Тейп, кстати говоря, — произнесла кобылка, с улыбкой называя ему своё имя.
— Ксариус. Если ты тут застрянешь и тебе понадобится работа, то приходи в мой магазин. На пересечении Пятой и Имперской. Мы всегда рады платить талоны за доставку товара юнцам, у которых в голове есть пара-тройка извилин. — Затолкав в рот последний кусочек радтаракана, он яростно его пережевал, проглотил и рыгнул, осыпая свой поднос ещё большим количеством кусочков радтаракана. Затем гуль встал, надел шляпу, пальто, и с протяжным «Эххх...» пошел, не поднимая головы, на выход.
Выходя на улицу, он столкнулся плечом с возвращающимся обратно, промокшим насквозь Хачипой. С него всё ещё стекала вода, но он держал голову высоко поднятой, а его взгляд был решительным и невозмутимым. Подойдя к своему брошенному фартуку, он подобрал его с пола и надел обратно на шею, после чего прошел за прилавок, заняв своё изначальное место. Жеребец громко шмыгал носом, но помимо этого ничем не выказывал своей реакции на тот факт, что буквально минуту назад прыгал в реку.
Жеребец-карнилианец вернулся и направился к столику кобылок, поглядывая через плечо на промокшего насквозь Хачипу.
— Ты попросила его приготовить что-нибудь вкусное, не так ли?
— Я не нарочно, — быстро сказала Скотч.
— А вот я бы сделала специально, — сказала с набитым ртом Прелесть, перед которой стояли три пустые миски, и сглотнула. — Если бы знала, что вытворит такое. Мы можем заставить его сделать это снова?
— Скорее всего, нет, не в течение ближайших часа или двух. Ему нужно перезарядиться, чтобы достигнуть должного уровня истерии, — ответил жеребец. — Но, как бы то ни было, управляющий хотел бы повидаться с вами по поводу вашего заказа.
Четыре кобылки тут же перестали улыбаться, и все вместе последовали за жеребцом к служебным помещениям кафе, где располагались стеллажи и холодильники с ингредиентами, которые использовали зебры за прилавком. А затем к лестнице, ведущей в подвал, в котором находился склад ещё больших размеров. Идущий вверх съезд упирался в тяжелые двустворчатые металлические двери, ведущие, по предположению Скотч, наружу, через которые кобылки могли бы без проблем въехать внутрь на «Виски Экспрессе». По правде говоря, в подвале находилось больше ящиков и коробок, чем могло бы когда-либо понадобиться кафе наверху.
А в углу стояли большой стол, повсюду вокруг которого стояли кипы бумаг, и доска для письма у стены, покрытая глифами, которые Скотч не могла прочитать. Возле стола находились трое индивидуумов: жеребец-зебра за столом, стоящий у стены зебра-жеребец в плаще, и кобыла-единорог с вытатуированными полосками племени Карнилия. Ведущий их за собой карнилианец махнул копытом, показывая, что им нужно подождать.
В ту же секунду, как только стоящий у стены зебра взглянул на Скотч, она почувствовала это – направленные на неё взгляды тысяч глаз. Наблюдающие. Ожидающие. Жаждущие. Одно слово, и они обрушатся на них четверых. Полоски жеребца в точности походили на полоски Пифии, а от глифов вокруг его лица и ярко-красных глаз её бросило в дрожь. Пифия тоже замерла, озабоченно нахмурив брови. Стоит также заметить, что он был гадски подтянутым. Тренированные, рельефные мускулы создавали образ не столько сексуальный, сколько угрожающий. А змеящиеся по всему телу грубые шрамы сталкивались с широкими арками его полосок.
Кобыла-единорог с большими, добрыми фиолетовыми глазами и лишенной полосок фиолетово-голубой шкурой напомнила Скотч о Блекджек. Её светло-лиловая грива была стянута в маленький хвост, а длинный хвост был туго переплетён шнуром и обёрнут в кожу. И у неё тоже имелся ПипБак! Симпатичная. Очень симпатичная. А ещё очень вооруженная. Носимое ею боевое облачение из кожаных полос включало в себя четыре ножа, закреплённых кожаными ремнями на внешней стороне каждого копыта, пару мечей на поясе и крупнокалиберный револьвер. Помимо этого кобыла носила на шее толстый кожаный ошейник, а её кьютимаркой являлись три перекрещенных меча; она дружелюбно улыбнулась Скотч.