— Что...
* * *
Эпплузийский Тракт представлял собой протяжённый участок пустынной местности, простирающийся с юга вплоть до самой Новой Эпплузы. Баззард Бик вёл брамина с двумя охранниками через ущелье, внимательно поглядывая по сторонам. Пусть старый грифон и потерял один глаз в стычках с рейдерами, но острое зрение оставшегося позволяло ему всегда быть начеку. Один из охранников, единорог, следил за местностью позади и по бокам каравана, а второй, жеребец-земнопони, правил брамином. Эта тварь хоть и имела два мозга, умом уступала пони раза в четыре.
В вышине лениво нарезал круги стервятник. Даже спустя два столетия эти птицы всё ещё обитали здесь. Но это был, по крайней мере, не один из тех жутких мутантов. А просто ваш персональный утилизатор. Старые крылья грифона всё ещё тосковали по полётам, но минуло уже немало лет с тех пор, когда они были сильными настолько, чтобы поднять его в воздух.
Мёрси была бывшей рейдершей... ну, возможно, не такой уж и бывшей. Однажды кто-то прошёлся по её шкуре опасной бритвой, оставив на грязно-жёлтых боках слова «шлюха», «блядь» и «сука». Брик же был непроходимо туп, да ещё и с шёрстью. цвета той субстанции, что выходит из-под хвоста после особенно тяжёлого запоя. Его крошечного умишки едва хватало на то, чтобы править брамином, и на собственные нужды уже не оставалось.
— Так... ты думаешь о том же, о чём и я, Люси? — промычал брамин.
— Возможно, нет, Боб, — лениво ответила другая голова.
— Я считаю, что Дарительница Света не может быть реальной пони. Только подумай, как ей удалось выжить в Кантерлоте. Она определённо робот, — с азартом произнёс Боб.
— Возможно, нет, Боб, — пробормотала Люси.
Брамины... Вечно они болтают сами с собой.
И тут старый грифон остановился. В полутьме неясно вырисовывались мёртвые деревья, устремлявшие в небеса свои голые изломанные ветви. Единственной жизнью в этом месте были лишь рейдеры да случайно забредшие радсвины. Поэтому грифон и любил этот маршрут. Он ходил по нему много раз и знал здесь каждый пень, каждый камень.
И этот цветок, распустившийся прямо посередине тропы, определённо выбивался из привычной картины.
Это не был одинокий сорняк или пучок травы, которые изредка попадались то тут, то там. На пути каравана распустился прекрасный фиолетово-синий цветок, источавший сладкий аромат, которого здешние места не знали уже несколько столетий.
— Смотри, — взволнованно произнёс Брик, указывая в сторону, где прямо на их глазах из-под земли пробился нежный бело-зелёный колокольчик. — Миленький! — рассмеялся он, стуча по земле копытами.
— Босс, — рявкнула Мёрси, выхватывая свой лучевой пистолет и направляя его на распускающуюся вокруг них зелень. — Во что мне стрелять? — спросила она, переводя оружие с одного растения на другое, пытаясь идентифицировать цели.
— Ух ты! — заревел Боб.
— Ничего себе! — пробормотала Люси.
Зелёные лианы начали карабкаться на деревья и оплетать кустарник, чьи мёртвые ветви вдруг затряслись и ожили, выпуская собственную листву. Травяной ковёр укрыл землю по обе стороны от тропы, а затем под сочной зеленью утонула и она.
На ближайшем дереве набухла и раскрылась почка, высвобождая нечто голубое и... пушистое. Баззард Бик уставился на этот лохматый комок, который вдруг встряхнулся и уставился на грифона бусинками чёрных глаз. Затем голубая сойка забила крыльями и, вспорхнув на ближайшую ветку, начала петь. И она оказалась не единственной. Десятки... а затем и сотни живых существ начали возникать вокруг них словно бы из ниоткуда. И они, похоже, были ошарашены этим фактом не меньше самого грифона.
«Я спятил. Это ясно как день», — подумал тот.
Но на этом безумие не закончилось. Мёрси вдруг закричала голосом, которого старый грифон никак не ожидал услышать от угрюмой, костлявой, изувеченной экс-рейдерши: полным радости. Прямо на его глазах шрамы на теле кобылы начали исчезать вместе с прочими следами, оставленными множеством жизненных передряг. Баззард повернулся к Брику и увидел, как преображаются тусклые уродливые черты этого тупицы. Тот стал сильнее и здоровее и смотрел на Мёрси осмысленным и полным сострадания взглядом.
Грифон посмотрел на свои истёртые и потрескавшиеся когти и увидел, как они наливаются новой жизненной силой. Он сжал пальцы, но не почувствовал ни малейшего намёка на артрит. Баззард расправил крылья и взмыл в воздух... не ощутив ни боли в мышцах... ни жжения в суставах. Это было чудо. Истинное чудо!