— Отлично. И где же скрывается глаз Эквуса? — поинтересовалась Пифия. С задней части одной из каменных тумб, что немного возвышалась над толпой, им замахала ногой Маджина.
— Повсюду. Её взор непрерывно направлен на всех нас, — невозмутимо ответила Эррукина, взбираясь на парапет позади статуи.
Пифия застонала и плюхнулась на круп.
— Почему ты сразу не сказала, что это просто метафора? Что Око Мира находится внутри каждого из нас?
— Так оно и есть, — ответила Эррукина, вызвав у кобылки очередной раздражённый стон. — Не моя вина, что тебе не понравился тот ответ, что я дала. Но ты вольна поискать его ещё где-нибудь. — Скотч тут же вспомнила о Бабуле и уже готова была предложить Пифии её кандидатуру, но тут золотая зебра продолжила: — Но всё же было одно место, к которому прикован взгляд Эквуса. Место, где шаманы прошлого могли общаться с этой могущественной силой.
Пифия нахмурилась.
— Так что же нужно, чтобы ослепить Око Мира?
— Это невозможно, — фыркнула Эррукина. — На духов подобного уровня невозможно повлиять с материального плана. С тем же успехом можно попытаться изменить направление гравитации или обратить свет во тьму. Просто невозможно.
Скотч нашла это категоричное заявление весьма спорным.
— Что ж, письмо Последнего Цезаря, в котором он приказывает верховному шаману Роамани ослепить Око, говорит об обратном. Так что он был либо совершенно безумным, либо узнал способ сделать это, — с хмурым видом произнесла Пифия.
— Этого не может быть. Последний Цезарь определённо был не в своём уме, спятив от власти и ненависти. Иначе с чего бы ему сжигать весь мир в пламени жар-бомб? — Эррукина вернула Пифии хмурый взгляд. — Уверяю тебя: что бы ты не прочла в том письме, это не может быть правдой. О таком и подумать страшно.
— А я лишь об этом и думаю, — парировала Пифия. — И собираюсь докопаться до истины: был ли Последний Цезарь всего лишь полоумным или действительно собирался что-то предпринять.
Эррукина вздохнула, покачав головой, но ничего не ответила.
Солнце почти коснулось западного горизонта. К этому времени на мосту успела собраться внушительных размеров толпа. Карнилия обожали фестивали, устраивая их как минимум раз в месяц, но те обычно собирали несколько десятков, от силы несколько сотен гостей. Сейчас же Скотч могла насчитать порядка сотни только продуктовых лавок, предлагающих разнообразные блюда, начиная от лапши и заканчивая рисовыми шариками, запечёнными яблоками, лепёшками и прочими кондитерскими изделиями. Несколько павильонов на самом краю моста, которыми владели грифоны, предлагали своим плотоядным посетителям жареное мясо на шампурах, и Скотч показалось, что в их толпе мелькнул Скай-как-его-там из мастерской Ксариуса.
Сейчас она была даже рада, что носила маску, как и многие вокруг. Куда экзотичнее выглядели куклы, сплетённые из скрученных волокон и стеблей травы. Украшенные клочками яркой ткани и лентами, они тут и там раскачивались над толпой на концах длинных палок. Некоторые зебры даже в шутку сражались ими. Воздух наполняли звуки барабанов, тростниковых флейт и странных коробок с натянутыми на них струнами. Горящие факелы на парапетах каменного моста и разведённые по его центру костры окрашивали всё вокруг в тёплые тона.
— И что всё это значит? — спросила Прелесть, грызя что-то вроде хлебной соломки, вымазанной мёдом.
— Сейчас объясню, — начала было Эррукина.
— Нет! — завопила Маджина. — И ты туда же, тётя! Зенкори здесь я!
— Конечно, конечно, — любезно уступила та.
Маджина обвела собравшихся пристальным взглядом, по очереди ткнув в сторону каждого копытом. Убедившись, что никто не планирует её перебивать, она сделала глубокий вдох. Но в этот самый момент солнце скрылось за горизонтом, и барабанщики трижды громко ударили в свои барабаны. Толпа моментально стихла. На платформу в центре моста взобрался жеребец в маске кролика, которую он тут же снял, пригладив свою растрёпанную гриву.
— Кобылы и жеребцы, жеребята и кобылки, грифоны, парнокопытные и прочие гости, я приветствую вас на четыреста двадцать первой Вакханалии!
Толпа в ответ взревела, лишая Маджину малейшей возможности объяснить что-либо.
— Я – Максимилиан, ваш сегодняшний церемониймейстер, так что, если увидите меня носящимся туда-сюда с горящим пуканом, не удивляйтесь. И не волнуйтесь, дамы, для вас у меня время тоже найдётся, — с улыбкой произнёс он, заставив рассмеяться довольно многих из присутствующих кобыл. — А теперь я с огромным удовольствием представляю вам двух многоуважаемых гостей: шаманку Дэзидерию и главу Карнико Инкарпарейтед – Цесилио!