Как всегда, спасибо Ккат за написание ФоЭ. Спасибо всем читателям, и супер-особое спасибо тем, кто оставляет комментарии.
Глава 8: Слияния и Поглощения
За всё то время, что Скотч проработала в Рисовой Реке, она никогда не была на фабрике Карнико. Здания одно за другим высились в переплетении построек, соединенные друг с другом трубами, кабель-каналами и переходными мостками, а под крошащимся кирпичом обнажались бетонные плиты. Железнодорожные пути с покоящимися на них ржавыми платформами, ожидающими грузов, которые никогда не получат, тянулись сквозь ветшающие здания. Тут и там, на крышах и в просветах между зданий, находились огневые позиции с нацеленными в небеса ржавыми стволами пулемётов. Вдоль краёв зданий торчали шипы и острия, с которых свисала спутанная колючая проволока, по-прежнему бренчащая на гуляющем меж строений ветерке. Скотч всегда представляла себе Карнико как одно огромное здание, на самом же деле компания являлась городом в себе, нанимавшим на работу жителей западного берега реки.
Массивное строение, которое Скотч знала лучше всего, было всего лишь парадным входом. Гигантские, абстрактные зебринские рельефы на фасаде здания изображали фигуры, несущие на спинах бушели[46] пшеницы, каждый из которых был помечен своим собственным племенным глифом. Чернобог, Скайлорд и Вишес сопроводили Скотч и её подруг вверх по лестнице, приведшей к восьми парадным дверям. Пройдя сквозь похожую на пещеру комнату при входе, они пошли по тропинкам из связанных цепями изгородей, на которых было натянуто ещё больше колючей проволоки, и, миновав контрольно пропускной пункт с нервничавшими охранниками, пропустившими их группу без каких-либо возражений, попали на принадлежащую Карнико территорию. По периметру комнаты висели унылые, грязные флаги, помеченные глифами, некоторые из которых Скотч смогла разобрать: энергия, сила, работа, промышленность, и на самой дальней стене, вытканное потёртыми золотыми нитями – единство.
Это было серьёзное место для серьёзной работы. Скотч читала книгу Дарительницы Света. Неужели именно так и выглядела Филлидельфия? И народ по собственной воле приходил сюда за два талона на еду в день? Зачем нужны рабы, когда у тебя есть это?
Они забрались в небольшую паровую повозку с водителем и с пыхтением поехали сквозь фабрику, минуя банки гербицида, праздно стоящие на конвейерах, из которых, казалось, работала лишь десятая часть. Остальные же стояли пыльными и наспех укрытыми, а часть станков были распотрошены на запчасти. От едкой химической вони моющих средств и пролитого гербицида у Скотч першило в горле. Отремонтированные изолентой трубы сочились коричневой и зелёной жижей, сгущавшейся в ядовитые сосульки. Глаза кобылки горели и слезились от токсичных паров. Это напоминало ей о... нет, об этом она думать не хотела. Вместо этого, сосредоточившись на том, чтобы дышать не слишком глубоко, Скотч принялась внимательно осматривать поблекшее внутреннее убранство. На стенах преобладали мотивационные плакаты и плакаты посвящённые безопасности, некоторые из них гордо демонстрировали один-единственный глиф, например – «Долг!», в то время как другие были покрыты похожими на мандалы[47] изображениями из крохотных глифов. И те, и другие плакаты были выцветшими, а мандалы часто блёклыми до нечитаемости.
И Карнико занималось не только производством гербицида, но ещё и еды, которая была исключительно консервированной или запакованной в мешки, и хранилась в коробках. «В Железноград: персики» или же «В Бастион: мука» было написано по трафарету на их боках. Любая из этих лежащих на конвейерной ленте подложек стоила, должно быть, сотни талонов на еду. Помимо этого здесь была и одежда. Пусть все земли к западу от Рисовой Реки и задыхались от осоки, но у Карнико, вне всяких сомнений, имелось достаточно других источников сырья. И Скотч предположила, что у этих других земель возникнут огромные проблемы, если с Карнико что-то случится.
Спустя пять минут маленький паровой трактор с визгом тормозов остановился у большого бетонного здания, похожего почему-то на гриб, с десятками, если не сотнями, труб, входящих и выходящих из его фундамента. Перед ржавой бронированной дверью стояли, дожидаясь их, Вега, Цесилио, заносчивая кобыла в деловом костюме, с которой до этого уже встречалась Скотч, Ксариус и полковник Адольфа. Гуль с ужасом взглянул на Скотч Тейп, когда они слезли с заднего борта маленькой паровой повозки.