Метнувшись к радио, Адольфа оттолкнула связиста в сторону плечом.
— Железный легион вызывает «Сулой»! Это вы что там такое вытворяете? — Возникла пауза, и Адольфа стиснула зубы. Формально судно имело такое же право находиться здесь, как и легионы – никакого. Адольфа была уверена, что разобраться с Кровавым легионом не составит труда, но присутствие пиратов кардинально всё меняло. — «Сулой»! Ответьте!
— Одно из преимуществ жизни пирата – не нужно объяснять, почему ты что-нибудь делаешь. Ответ – пиратствуем, — с ленцой ответил кобылий голос, после чего наступила пауза. — Знаешь, если мой маленький кораблик настолько тебя пугает, то ты можешь просто покинуть город. Я, конечно же, не стану тебя за это винить.
— Какого хрена ты здесь? — прорычала Адольфа.
— А что? Мы, так же, как и вы, решили посетить Вакханалию, — с обидой в голосе, ответила кобыла, прибегнув к отговорке, которой пользовались оба легиона. — Мы просто произвели несколько праздничных залпов. Ты наверняка слышала одобрительные возгласы, когда мы сровняли с землёй то здание.
Адольфа не стала спорить с этим утверждением. Пусть Карнико и была нужна всем, но особой любви они к компании не питали.
— Что ж, лучше бы тебе заткнуть эту пушку, иначе ты попробуешь на вкус наше железо, — предупредила Адольфа. Рисовая Река была слишком узка, чтобы «Сулой» мог в ней маневрировать. Тем не менее полковник предпочла бы избежать обмена артиллерийскими снарядами со ста пятидесяти миллиметровой корабельной пушкой.
— Тебе нужно расслабиться. Отправиться домой. Выйти в отставку, — с гортанным смешком, продолжила капитан. — Времена, знаешь ли, меняются. Лучше научись прогибаться до того, как тебя переломят.
— Тебе следует к ней прислушаться, — сказала стоящая позади полковника кобыла. Стиснув зубы, Адольфа резко развернулась и вперила взгляд в Марианну, сидящую рядом с генеральным директором и Вегой. — Пока здесь находитесь вы, Кровавый легион города не покинет. Для захвата города у Сулой нет ни достаточной численности, ни заинтересованности. Как только вас здесь не станет, Кровавый легион тоже уйдёт, если, конечно, у них нет желания перейти ей дорогу.
Адольфа подавила сильное желание рявкнуть.
—Это болезненно оптимистичный прогноз, — ответил вместо неё Вега. — Стоит только Железному легиону уйти, как не останется ничего способного помешать полноценному захвату города и Карнико. Сулой сможет как наблюдать за происходящим с реки, поедая попкорн, так и присоединиться к грабежу.
— Это всё надуманно, — сбивчиво произнесла Марианна.
— И почему же? — безмятежно спросил у неё Цесилио, отчего кобыла моргнула. — Она только что сровняла с землёй наш офис, причём исключительно забавы ради. И заявление, что она воспрепятствует захвату города, сбивает с толку. Я считаю, что наиболее правильным с нашей стороны будет позволить полковнику со всем разобраться.
— Ладно, — пробормотала Марианна, направившись к двери. — А я тем временем прослежу, чтобы легиону отправили продовольствие, — проворчала она и покинула помещение.
— С ней что-то не так, — заметил Вега. — Сначала она хочет, чтобы мы ушли, а через миг предоставляет еду, чтобы мы могли остаться и сражаться. Она всегда такая непостоянная?
— Она преданна Карнико и будущему зебринского народа, — произнёс Цесилио. — Честно говоря, она, на мой взгляд, идеалистичней большинства моих управленцев. — Он махнул ногой, указывая на дымящееся в промышленном комплексе здание. — Однако мне кажется, что это может находиться вне её понимания.
— Вы думаете, это правда? Тот отчёт о том, что Кровавый легион проникает на территорию предприятия путём убийства и замещения вашей охраны? — спросил Вега.
— Ну, ни один из тех, кого мы проверили, не носил клейма, так что они, должно быть, ошиблись. Всех подвергли проверке, и начальник охраны доложил нам с Марианной, что после нашего ухода не было никаких нарушений, — вздохнул Цесилио. — Тем не менее, когда всё это закончится, будет проведён тщательный аудит.
— Может ли она занять ваше место? — спросила Адольфа.
— Я уже давным-давно выучил, как нужно ограничивать эти риски, — искренне рассмеялся Цесилио. — Карнико функционирует за счёт хрупкого равновесия договорённостей. Нарушь его, и Карнико обанкротится за пару месяцев. Производимые нами еда и химия лишь одна ячейка сети. Соглашения с Прополи на проведение биологических и химических исследований. Контракты с Атоли на поставку рыбных отходов, и с десятками других надёжных источников органических отходов, для удобрений и нитратов. Экспортные сделки с полудюжиной легионов. Второстепенные предприятия, варьирующиеся от закусочных до мясных и продуктовых рынков. И, конечно же, множество других договорённостей. Быть может, кто-нибудь и сумеет поддерживать всё это без меня, но убытки будут существенны.