А затем Скотч занялась делом – принялась умирать.
Кобылку лихорадило, и она постоянно кашляла, пытаясь вдохнуть воздух, который так и не достигал в полной мере лёгких. Скотч всё кашляла и кашляла, но ничего не откашливалось. Они не рискнули развести огонь, поэтому кобылка, чтобы согреться, свернулась калачиком возле всё ещё горячего котла. Маджина попробовала заварить осоковый чай, но тот был на вкус просто омерзителен и никак не помог унять раздирающий горло кашель. Свернувшись калачиком на одеяле, Скотч постаралась задыхаться потише, не зная точно, что может рыскать в ночи.
Забравшись в трактор, Чарити плюхнулась рядом с земнопони.
— Какой всё же отстой, — произнесла единорожка, уставившись на восходящую над горизонтом луну, превращавшую осоку в призрачный мех, а отдалённые зернохранилища в мерцающие надгробные плиты. — Я всё продумала. План был идеален. Это был мой шанс. А теперь я застряла здесь. Я не говорю на местном языке, и что ещё хуже – не знаю, чем здесь пользуются в качестве денег.
— А я едва могу дышать, так что будем считать, что я одобрительно с тобой согласна, — прошептала Скотч, вновь закашлявшись.
— Ага, — скривила губы едва видимая в лунном свете Чарити. — Будь мы дома, то могли бы просто отправиться в Тенпони, провернуть сделку и магически исцелить твои лёгкие. Здесь же... — вздохнув, она свирепо взглянула на траву. — Очередная блядская Пустошь.
— Пустошь иного рода, — прохрипела Скотч, потирая грудь. — Ты и в самом деле лишишься магазина?
— Возможно, — нахмурилась Чарити. — Скорее всего. Риск в этом деле был всегда, но на родине я всё же могла как-нибудь его компенсировать. Пристрелить рейдера. Заключить сделку. Здесь же я совершенно бессильна. — Кобылка слегка сгорбилась. — Я так думаю, что мои работники ещё пару месяцев посидят на крупах, и либо ограбят меня до нитки, либо присвоят магазин. Вероятность того и другого пятьдесят процентов.
— Ну, у тебя есть мы.
— Без обид, но если ты хоть немного похожа на Блекджек, то находиться рядом с тобой я совсем не желаю, — произнесла Чарити и, оглянувшись на луну, вздохнула. — Не то чтобы у меня имелся выбор. Я не могу даже спросить, где находится уборная. — Она одарила Скотч едва заметной улыбкой. — Между прочим, спасибо. За туалеты в Капелле, я про это. Ты никогда не поймёшь, что имел, пока тебе не придётся идти какать в эту гадскую траву.
Скотч улыбнулась в ответ, но её улыбка вскоре испарилась.
— Ты считаешь, что Блекджек ошибалась? Совершая то, что сделала?
Чарити поджала губы.
— Я рада, что это была она, а не я, — призналась кобылка. — Мне не нравится ходить в должниках у кого бы то ни было. Даже если это мёртвая кобыла. — Она покачала головой. — Я просто занимающаяся предпринимательством кобылка. Такова моя суть. У меня нет желания странствовать по Пустоши. Любой Пустоши. Я работала, надрывая круп, чтобы она находилась от меня как можно дальше.
— Возможно, помощь мне ты сможешь рассматривать как возврат денег Блекджек? — слегка улыбнулась Скотч, и Чарити фыркнула.
— Скотч, не пытайся морочить мне голову. Ты в этом не сильна, — вздохнула единорожка, — но я подыграю. Риск – это неотъемлемая часть благоприятной возможности. Я изыщу способ вернуться обратно в Эквестрию, верну себе свой бизнес, вытрясу плату в виде крышечек с каждого, у кого хватило смелости взять мои товары, и выгоню их пинком под зад. И если ты умна, то отправишься вместе со мной. — Кобылка потыкала Скотч копытом в плечо. — Не будь как Блекджек. Не позволь Пустоши сожрать очередного героя. Наблюдать за гибелью героев – отстой.
— Знаю. Тем не менее мне бы очень хотелось быть там, когда всё заканчивалось, — пробормотала Скотч и вновь закашлялась.
— Ты ничего особо не пропустила, — донёсся голос из тьмы. Пифия подошла к Скотч и села по другую сторону от кобылки. — В сущности, банальная поездка на дрезине через тоннели и гигантский зебра-монстр в конце. Я более чем уверена, что будь ты там, ты бы либо погибла, и тогда Блекджек поглотило бы чувство вины, либо корила бы себя за то, что не прошла с ней весь путь до конца, и считала бы, что смогла бы её спасти, сделай ты это.
— Спасибо, — проскрежетала Скотч, прислонившись к тёплому металлу. — Ты тоже намерена сказать мне, что я толстая.
— Она и так знает. Я ей об этом уже сказал, — саркастически произнёс Скайлорд оттуда, где они с Прелестью пытались приготовить что-то мясное на вертеле; весь процесс сопровождался небольшими всполохами пламени. Скотч зарделась; она перешла обратно на зебринский, чтобы поговорить с Пифией. К счастью, не все её друзья это заметили. Маджина исполняла какой-то причудливый как бы танец, включавший в себя круговые движения передними копытами и стояние на одной задней ноге.