— Не понимаю.
— Ну... э-э... вот чем занимаешься ты?
— Я... обычно сопровождаю тех, кто лезет в самое пекло, — ответила Скотч и понурила ушки, осознав, с каким серьёзным видом это было произнесено и насколько напыщенно прозвучало, — и нахожу неприятности на свои лёгкие. Это происходит снова и снова. — Она вдруг почувствовала лёгкую одышку.
Луми должно быть услышал, как изменилось её дыхание, потому что взял склянку с настоем, и, обернув её горлышко чистой марлей, сцедил жидкость в другую банку, которую затем передал Скотч. Пони в нос ударил резкий запах спирта, разбавленный ароматом... соснового сока? Что это за хрень? Но ей ужасно не хотелось менять сейчас тему разговора, ведь она наконец-то нашла кого-то, кто готов был говорить на интересовавшую её тему. Скотч отхлебнула немного и тут же закашлялась.
— Это ведь можно настаивать на воде, правда?
— Конечно. Главное – не ешь сбор сухим, а то пронесёт, — ответил Луми. — В общем, это похоже на строительство. Я знаю, как заложить фундамент. Умею это делать. Шаман способен построить здание целиком. И каждый знает, что они эти здания строят. И духи знают. Быть шаманом – тяжкий труд. Общение с духами – это лишь фундамент шаманства.
Скотч задумчиво нахмурилась.
— Так... скажем, приглашение множества духов на фестиваль – это то, что сделал бы шаман?
— Именно! Я бы даже не знал, с чего начать. Мне и с одним-то духом нелегко говорить. А если их много... да ещё и зебры? Быть шаманом – нелёгкое ремесло. А я всего лишь Луми, — подытожил он, разведя копытами.
Скотч так до конца и не уяснила для себя, где же проходит граница между общением с духами и шаманством. Пифия считала, что это одно и то же. Луми видел между ними разницу.
— Мне нужно поговорить об этом с кем-то из взрослых, — пробормотала пони. — Вроде опытного шамана... который не возненавидит меня. — Она задумалась. — А шаманы занимаются обучением?
— О, разумеется. Если в деревне есть шаман, обучение молодёжи входит в его обязанности. Но не у нас дома. Наше поселение возле самой границы с Яками было слишком маленьким для шамана. — Судя по поникшему виду Луми, он не особенно любил говорить об этом. Видимо, Пифия была права, отказываясь учить её, раз и шаманы занимались наставничеством.
— А что ещё входит в обязанности шаманов, помимо обучения и общения с духами?
Похоже, этот вопрос немного озадачил Луми, который задумался на мгновение, теребя свою длинную гриву.
— Ну... если кому-то что-то нужно от духов, или духам нужно, чтобы кто-то что-то сделал для них, шаманы выступают посредниками. Или играют роль арбитров, если нужно разрешить спор между зебрами. А когда случается какое-нибудь грандиозное событие, они становятся... как это называется... летописцами! Кроме того, они дают ценные советы тем, кто в них нуждается. Или предупреждают народ, когда духи разгневаны. Или... ну там... много чего ещё.
От выпитого алкоголя в животе Скотч разлилось приятное тепло, но её дыхание по-прежнему было тяжёлым и хриплым. Она улеглась на спину, стараясь дышать глубоко и размеренно. Что-то заскрежетало у неё в лёгких, и пони потеребила едва заметный шрам у себя на груди.
— Ты уверен, что я подверглась порицанию?
— Это было первое, что заметил Лумихаутиле, — ответил Луми. — Снег мало полезен в лечении и может разве что снять жар или приглушить боль, — заверил он Скотч. — К счастью, у дяди нашлось несколько лечебных зелий специально против пневмонии и антибиотики, и ему удалось вычистить твои лёгкие, вот только... — Луми замолчал и заметно ссутулися. — Повреждения оказались потусторонней природы. Это проклятие. Оно тебя не убьёт, но вызовет болезнь.
— И нет никакого способа избавиться от порицания?
— Нет. Мой дядя... когда меня постигло порицание... — Луми замолчал, отвернувшись от Скотч. — Прости. Мне нужно идти. Раз завтра ты уходишь, тебе понадобится больше медуницы. Отдыхай.
Не успела она набрать в грудь воздуха, чтобы попросить прощения, как тот вышел из трейлера, и Скотч снова откинулась на спину.
— Лумихаутиле? — произнесла она, глядя на крошечного духа в его чаше. Тот парил горизонтально, медленно вращаясь туда-сюда. Словно в полудрёме.
Порицание. Наблюдая, что произошло с Рисовой Рекой, она ожидала, что порицание будет похоже на то, что испытала на себе Ниухи. Ей казалось, что эффект порицания будет мгновенным. Но это... Скотч сделала глубокий вдох и зашлась в приступе кашля. Вне зависимости от того, была ли травма проклятием или результатом вдыхания пыли, она представляла реальную проблему.
Именно то, что ей нужно прямо сейчас.
Хвойный алкоголь... нет, серьёзно, что было в этой бутылке?.. начал клонить её ко сну. Скотч не стала сопротивляться и позволила унести себя в страну грёз.