Отрицание было единственным прибежищем Скотч, пусть даже слова Чарити жгли её изнутри, будто она проглотила чистящее средство Абронко. Она не желала плакать.
— Мне в копыта ничего без труда не попадало, — возразила она.
— Уж точно не от меня. Это я гарантирую, — произнесла единорожка, подходя к стоящему в углу верстаку, и сняла висящие на стене инструменты. Скотч протянула копыто к разводному гаечному ключу, но Чарити треснула её по ноге. — Вот когда взломаешь замок, тогда и будешь первой выбирать из найденного. — Единорожка подхватила магией ключ, а затем и остальные инструменты.
— Его могла взломать и я. Ты просто сделала это первой, — буркнула Скотч, когда Чарити пошла на выход, и закашлялась. — Мне в копыта ничего без труда не попадает, — кашляя, прохрипела кобылка.
Но так ли это было на самом деле? Её отец и Блекджек. Глори. Рампейдж. Траш и Капитан Атоли. Бабуля. Гален. Даже Вега и Вишес. У неё имелся длинный список тех, кто помогал ей по той или иной причине. Даже сейчас ей помогали четверо. И болела именно она. Именно она причиняла неприятности. Если она уйдёт, то Пифии и остальным станет намного проще отыскать Око Мира. Эта миссия всё же была не её.
Стиснув зубы, Скотч, грудь которой пульсировала, решительно этому воспротивилась. Чарити ошибалась. Не могла не ошибаться.
Возможно, в Стойле ей жилось лучше, чем Чарити в Пустоши, но она была в этом не виновата. Быть может, она действительно была кобылкой, повсюду таскавшейся за Блекджек. Честно говоря, надобность в ней возникла у той только ближе к концу странствий. Она могла бы просто вернуться обратно в Девяносто Девятое, если бы ей удалось каким-нибудь образом избавиться от чудящейся вони хлора. Вернуться в комнату, где жила вместе с мамой до её гибели. Склонив голову, Скотч зашмыгала носом.
А она вообще в своей жизни хоть что-нибудь ценное сделала?
Рисовая Река. Каким бы грязным не был город, но она впервые делала что-то самостоятельно. Они выплатили долг Галена. Она работала на Ксариуса. Отремонтировала талисман в Карнико. Помешала исполнению заговора, целью которого было массовое убийство. Глубоко вдохнув, Скотч сильно закашлялась, и вдохнула не столь глубоко. Пусть ей и помогали, но всё это она совершила самостоятельно. Кивнув, она открыла глаза, намереваясь пойти к Чарити сказать ей именно это!
Красная метка.
Скотч повернула голову, пытаясь определить её местонахождение, но там была лишь стена. Кобылка медленно попятилась, и метка тоже начала быстро перемещаться. Пони замерла, и метка тоже остановилась. Кобылка сдвинулась, и отметка переместилась, и сделала это быстро. Скотч крикнула через плечо настолько громко, насколько осмелилась, не отводя при этом взгляда от отметки на Л.У.М.е:
— Чарити. У нас проблемы.
Единорожка тут же подняла магией разводной ключ, внимательно изучая взглядом пол.
— Где оно? Что это такое?
— Не знаю, — произнесла Скотч, указывая копытом на отметку, которая вновь пришла в движение, и кобылка услышала тихое жужжание.
«Где оно? Быть может, оно невидимо»
— Оно перемещается, — выдохнула земнопони.
— Так значит, оно, вполне возможно, к нам подкрадывается, — пробормотала Чарити. — Просто замечательно.
И она продолжила шагать вперёд, направляясь к следующей секции завода. Огромное оборудование, вершины которого терялись во мраке, стояло в безмолвии. А пол покрывала оранжево-красная корочка ржавчины. Днища машин полностью проржавели и сочились желтовато-красными, похожими на сальные свечи конусами. Тем не менее воздух был кристально чист.
— Ты всё равно намерена продолжать? Нам следует найти остальных.
— Просто внимательно приглядывай за этой красной отметкой, — ответила Чарити. — Аптечка. Замечательно.
Кобылка прорысила туда, где на стене размещалась вышеозначенная аптечка, но не стала её сразу же открывать. Вместо этого Чарити внимательно изучила её с трёх сторон, после чего распахнула, прижавшись к стене.
— Некоторые их минируют, — пояснила она, пялящейся на неё Скотч.
— Откуда ты узнала, что это аптечка? Ты научилась читать на зебринском? — Скотч сомневалась, что сама смогла бы прочитать слово «аптечка».
— А зачем ещё помещать на уровне глаз белый, одинокий эмалированный ящик? Это же завод. А на производстве случаются несчастные случаи, — произнесла единорожка, пристально осматривая тускло освещённое помещение. — Если, конечно, ты не веришь всей этой довоенной пропаганде, что зебры отбирали у пони всё имущество и загоняли их работой до смерти на конвейерах. — Кобылка очистила от пыли находившиеся внутри аптечки исцеляющие зелья. — Как же я люблю отсутствие ХМА, — пробормотала Чарити, собирая магией бутылочки и запихивая их в свои перемётные сумки. Аптечку она закрывать не стала, оставляя её открытой.