А вот это было ново.
— Продолжай.
— Её больше не поглощали ночные кошмары. Нет, это не совсем верно. Они остались, но больше были над ней не властны. Вскоре после того, как шаманка покинула судно, она выступила против капитана. Он был пропойцей, сказала она, и обманывал экипаж. Оба этих утверждения были правдой, но никто прежде не выражал неудовольствие Анакони. Он попытался наорать на неё и поколотить. У неё была бритва, и она перерезала ему горло. Его первый помощник попыталась сплотить членов экипажа вокруг себя, но Сулой перетянула их на свою сторону и вызвала первого помощника на дуэль. Она была вдвое крупнее Сулой. Одна из наших лучших бойцов. Раз за разом избивала её, но та постоянно поднималась. А затем совершила ошибку, и Сулой перегрызла ей горло. После этого она стала нашим Капитаном.
Махеалани окинула взглядом сборщиков фруктов, подошедших ещё на один ряд ближе, боясь, что они могут спугнуть Немо, но он, казалось, пребывал в полуобморочном состоянии. Он начал резко продвигаться в повествовании, и она просто позволила ему продолжать. Существовало множество историй, где Сулой сплачивала команду «Скопы» вокруг себя, начиная от тех, где половина членов экипажа сражалась с другой половиной, и заканчивая акулами, выпрыгивающими из воды, чтобы сожрать капитана целиком. Истории — удел жеребят.
— «Скопа» не была военным судном. Мы могли одержать верх в хорошей потасовке против рыбаков, но настоящие пираты уделали бы нас. Сулой заставила нас вернуться на ту военно-морскую базу. Мы вошли туда вместе, мне казалось, что я был готов к кошмарам. Однако в этот раз она направилась прямо в центр этого места. Я почти сошёл с ума, но из-за неё продолжал идти дальше. Войдя в апартаменты генерала, она обнаружила открытый сейф, внутри которого находились документы. Она взяла их так, будто они были просто бумажками. То, что я увидел... — Немо вздрогнул. — Она их прочитала и положила обратно, после чего закрыла и заперла сейф. А потом ушла. Она могла меня там бросить. Она обдумывала эту возможность. Наверняка обдумывала. Но она вытащила меня оттуда, и мы вернулись на «Скопу».
Махеалани с лёгкостью могла припомнить дюжину баз в том регионе, на которые он мог ссылаться. Кивнув, она продолжила размышлять об этом. Находящееся ближе всего к Эквестрии западное побережье было наиболее укреплённым. Хищники постоянно совершали налёты, и за время войны пони сумели занять несколько районов, хоть многие и не желали сегодня этого признавать. И всё же — военно-морская база с кошмарами и безумием? Едва ли её будет настолько трудно найти.
— Она заставила нас поднять паруса и направиться на юг, — продолжил Немо. — Пройдя по Каналу Бастиона, мы попали в южные моря. Странные воды. Никаких карт, но время от времени она опускала Ниухи в воду и через несколько минут они возвращались с новым курсом. Говорила, что малышка может чуять место нашего назначения. А затем, одной облачной ночью, мы бросили якорь в бухте среди скал, и она в одиночку погрузилась на баркас. Сказала ждать один день. И что вернётся за дочерью. А затем заработала вёслами и направилась к берегу. Некоторые поговаривали о том, чтобы покинуть это место. Возможно, поступи мы так, то они прожили бы пару дней дольше.
Жеребец глубоко вздохнул. Сборщики находились уже на том же ряде, что и они, и теперь смотрели на двоих чужаков, приближаясь всё ближе. Барабанщики затеяли по какому-то поводу спор. Мрачное предчувствие начало покалывать её позвоночник. В помещение вошли двое жеребцов, смеющихся и курящих сигары из едких трав. Немо огляделся, явно встревоженный, и Махеалани потянулась, чтобы погладить и слегка толкнуть его в плечо прежде, чем он сбежит.
— А дальше что?
Немного помолчав, Немо продолжил:
— Следующий день выдался туманным, но мы услышали гул двигателя. Из дымки появился корабль, будто пришедший из былых времён войны. И это был не проржавевший реликт, а красивое и в то же время ужасающее судно. Она была его капитаном, а команду составляли странные зебры. Среди них не было ни одного Атоли. Забрав Ниухи, она заставила каждого из нас поклясться верно служить ей до конца её дней. Когда некоторые приносили клятву, Ниухи говорила, что они пахнут ложью. Их утаскивали прочь, и вопли... — Жеребец вздрогнул. — Она превратила их в летунов. Закончив с экипажем, она единственным выстрелом разнесла «Скопу» в щепки.