То, что она говорила, было почти кощунственно, но я убила своё желание увещевать её, и наклонялась всё ближе, чтобы лучше слышать. У Хомэйдж была точка зрения, которую я хотела услышать, но которую я вряд ли выслушала бы от кого-то ещё. Она заставила меня задуматься, задаться вопросами. Например, объясняло ли это, что Каламити не верил в Богинь? Атеизм — это черта пегасов? В отличие от нас, они никогда не теряли объятий солнца и луны.
— Зебры испытывают раболепный страх перед небом, — сказала Хомэйдж. Такое выражение я бы скорее ожидала прочитать в пропагандической брошюрке, а не услышать от пони, которая узнала это от зебры. Но я знала Хомэйдж, и на неё не похоже было, чтобы она приукрашивала факты. — Зебры смотрят на небо и видят звёзды, которые светят на нас из бесконечной, тёмной пустоты. И звёзды, которые они знают, не так уж доброжелательны.
Я наклонилась ещё сильнее, опрокинулась и упала на лицо.
Хомэйдж остановилась, прикрыв своё хихикание копытом. Когда я поднялась, вероятно, выглядя настолько робко, насколько я себя сейчас чувствовала, она продолжила:
— Существует разум, верят зебры, у самих звёзд. Звёзды горят холодным, вредоносным огнём. Они не согревают ночью. Они хотят принести вред, зло в наш мир. И иногда они действуют. Но не напрямую, а подталкивая нас вредить и губить самих себя.
Я открыла рот, чтобы выразить предположение, что зебры немного сумасшедшие, но слова застыли на моих губах. Да, это звучит безумно. Но разве наши легенды не говорят примерно то же самое? Я вспомнила историю о Кобыле на Луне. (реальную версию, не ту ерундовую "Жеребец на луне")
Звёзды помогут ей в побеге.
— В частности они говорят о четырёх злонамеренных звёздах с сердцами, полными хаотичной жестокости, которые тоскуют по вкусу нашей боли и разрушения, вызванными нами, своими же копытами. — С гримасой Хомэйдж добавила: — Если есть хоть доля правды в мифологии зебр, я думаю, мы предоставили им шикарный банкет.
Четыре звезды помогают разрушить Эквестрию. Почему же это звучит так знакомо...
Хомэйдж отмахнулась от жуткой атмосферы, что поселилась в комнате от её рассказа.
— В любом случае, как я уже сказала, это глупость. Джоукблу, возможно, была права. Какой-то пегасовский эксперимент, взорвавшийся у них в копытах.
* * *
Осторожно, при моральной поддержке Хомэйдж, я опустила рог на чёрный опал. Если я собиралась отдать это Наблюдателю, я хотела бы сначала знать, что же отдаю.
С большой неохотой я коснулась опала своей магией и дала ему взять Хомэйдж, её Библиотеку и унести от меня.
<-=======ooO Ooo=======->
Я чувствовала странно неправильно.
Мы шли по широкому затенённому и искусно украшенному коридору к ярко освещённой комнате, половину которой скрывала от взора декоративная занавеска. Передо мной шли четыре пони, ведомые пятой. Главы Министерств.
Первой пони, которую я узнала, была Пинки Пай. Вместо того, чтобы спокойно идти по коридору, она подпрыгивала, словно фанатка, спешащая на выступление своего кумира. Она выглядела слегка моложе, чем когда я видела её в прошлый раз. Её грива, впрочем, всё равно напоминала леденец-тросточку.
Я глубоко смутилась, увидев, что ведущей пони была та прекрасная белая леди-единорог, о которой я... фантазировала. И пони, в которой я находилась, не сводила глаз с...
Слепящая течка Селестии!
Существо, в котором я была, не было пони. Он (а это был совершенно точно и невыносимо он!) был ростом с жеребца! На концах своих ног я ощущала... штуки, которые были не копытами. И сложенные за спиной крылья. И хвост!...
— Спайк, — робко спросила Флаттершай, обращаясь ко мне, — Тебе не больно?
Я вдруг заметила, что нечто тесное и металлическое сдавливало мою голову. Реколлектор, предположила я. Судя по всему, он не был рассчитан на... то, чем я была.
Я открыла свой рот (тоже неприятно чужой) и ответила:
— Не. Вообще почти не чувствую ничего. Кроме того, Рэрити хотела записать память об этом.
— Она могла бы и сама надеть его, — пробормотала себе под нос Твайлайт Спаркл, шедшая передо мной. Мои глаза снова уставились на белого единорога с безупречной фиолетовой гривой. Та едва ли это расслышала, беседуя с пони, которую, как я уже знала, звали Эплджек. Рыжая пони с кьютимаркой в виде трёх яблок выглядела моложе и не такой нарядной, как на последней вечеринке Пинки Пай.
— Надеюсь, здесь нет ничего общего с... той... штукой, о которой мы не говорили, — нервно и предостерегающе произнесла Эплджек.
— О нет, дорогая, я давным-давно забросила тот проект, — с лоском в голосе ответила Рэрити.
— А, — рыжая пони вздохнула с заметным облегчением, — Ну, тогда хорошо.
Мы ступали по затейливому ковру, в который были вплетены самоцветы. Существо, в котором я находилась, шагнуло на него, и по мне прокатилась волна холода. Твайлайт Спаркл остановилась прямо передо мной и принялась разглядывать ковёр, пока Эплджек и Рэрити разговаривали. От этого занятия её отвлекла, громко прочистив горло, Рэрити.
Рэрити плавно сменила тему, обратившись сразу ко всем четырём пони, которых она вела.
— Это всего лишь первый экземпляр. Но я думаю, что вы все будете впечатлены.
— Всегда рады посмотреть на твои проекты, Рэрити, — воодушевляюще сказала Твайлайт Спаркл.
Рэрити улыбнулась с деловитой благодарностью.
— И это всего лишь облегчённый костюм, не полностью силовая версия, — она повернулась к Эплджек и скромно улыбнулась. — И я хотела бы прояснить, что не пытаюсь наступать здесь тебе на копыта. Эта броня не такая же прочная, как твоя броня для Стальных Рейнджеров, и не обеспечивает такой же защиты...
— Ну и на кой тогда оно нужно? — прервала её Эплджек, — не вижу смысла создавать броню, которая недостаточно защищает!
Группа достигла конца коридора. С одной стороны комнаты находилось зеркало, другая же была заставлена швейными машинами, рулонами ткани и манекенами. Стены были покрыты выкройками и чертежами. По сигналу Рэрити все остановились и обратили взор на перегородку. (Кроме чужеродного хозяина тела, который не сводил глаз с единорога.)
— Ну, конечно же, потому, что в экипировке важно не только то, насколько хорошо она задерживает пули!
Эплджек, очевидно, готова была выразить своё полное несогласие, но прикусила язык.
— Окей, Рэйнбоу Дэш! — позвала Рэрити. — Они готовы тебя лицезреть!
Из-за занавески вышла тень ночного кошмара. Голубого цвета пегаска, облачённая в чёрный насекомоподобный панцирь, скрывавший всё, кроме передней части морды и крыльев. Её хвост был скрыт кожухом, напоминавшим хвост скорпиона с ужасающе острым жалом. Чёрный костюм брони выглядел глянцевым и зловещим. Всё это довершали жёлто-оранжевые защитные фасетчатые очки, напоминающие жучиные глаза. По бокам костюма были расположены антенновидные выступы; кристаллы на концах этих энерго-магических орудий блестели переливающимися цветами радуги.
Реакция остальных пони последовала незамедлительно.
— И-И-И-И-И!
— Ё-моё!
— Выглядит... демонически.
— У-у-у-у-у-у. Дэши, ты жутковато выглядишь!
Существо, в котором я находилась, повернулось, провожая взглядом Рэрити, внезапно сорвавшуюся с места:
— Флаттершай! Вернись! Это всего лишь Рэйнбоу Дэш!
Я (мы?) повернулась обратно как раз в тот момент, когда Рэйнбоу Дэш подняла бронированным копытом очки на лоб. Её глаза сузились, на лице выступила самодовольная ухмылка, и она пригнулась, принимая угрожающую боевую стойку напротив зеркала. Она грозно прорычала, выглядя в этой броне совершенно зловеще.
— О, да! — воскликнула она. — Вот это крутизна!
<-=======ooO Ooo=======->
Реальность вновь заявила о себе, оставив при мне странные чувства. Было очень приятно вновь оказаться в своём теле, на своих собственных копытах. Я никогда не хотела быть такой... штукой снова.
* * *
СтилХувз подошёл ко мне, когда я рысцой бежала по монорельсовой станции Башни Тенпони.