Мне захотелось засмеяться. Рэрити удалось выдержать идеальный тон, лежащий между сплетничаньем и непристойным намёком. И всё же я не сомневаясь могла сказать, что она лишь играла с рыжей кобылой с тремя яблоками на кьютимарке. Можете называть это интуицией, но я просто знала, что Рэрити смотрит только на жеребцов. И от этого выражение лица Эпплджек выглядело ещё более забавным.
— О, нет! — чуть не закричала Эпплджек, отступив назад. — Проклятье! И ты туда же? Рэйнбоу Дэш была пьяна. Опять. И я сказала ей, что...
Мне очень хотелось, чтобы мой хозяин засмеялся, потому что трудно ощущать колики, когда твоё тело отказывается сотрудничать. Но, по крайней мере, я могла сказать Эпплснэку, что всё, что он мог бояться здесь обнаружить, было чушью.
Эпплджек восстановила самообладание, как только Рэрити похлопала ресницами, но вскоре не смогла сдержать женственный смешок.
— Ох, во имя любви... — сказала Эпплджек, топнув ногой. — Неужели ты притащила меня сюда, чтобы только шутки шутить? — Она прижала копыто к своему веснушчатому лицу. — А, чёрт... это Рэйнбоу Дэш тебя подговорила? Это один из её розыгрышей, да?
— Вообще-то... да, — призналась Рэрити. — Это была её идея...
— Я так и знала! — фыркнула Эпплджек, снова топнув.
— ...но мне правда нужно с тобой поговорить кое о чём, — сказала грациозная единорожица, неожиданно становясь весьма серьёзной.
Эпплджек заметила перемену настроения. Веселье, даже то, которое было за её счёт, закончилось.
— Что это?
— Я... столкнулась с новой магией, — осторожно произнесла Рэрити. — Магией зебр. — Она остановилась, оценивая реакцию сельской кобылицы.
— Ты имеешь в виду, типа тех снадобий, которые варила Зекора?
— Нет, не совсем, — ответила Рэрирти, понижая голос. — Ты когда-нибудь слышала о сосудах душ?
Эплджек смерила свою пурпурногривую подругу взглядом.
— Нет. И я не уверена, что хочу.
Но Рэрити не была готова остановиться.
— Сосуд души — это предмет... это, вообще-то, может быть любой предмет, а не обязательно сосуд... в который помещают душу.
Эпплджек выглядела ошеломлённой, но Рэрити продолжала. Было похоже, что теперь, начав говорить, она не могла остановиться, пока не выскажет всё.
— Помещение души в сосуд меняет объект. Во-первых, он становится фактически неразрушаемым. И можно использовать душу, чтобы подвешивать на неё другие заклятья... — Она остановилась, захваченная какой-то мыслью, и добавила: — Она становится основанием. Похоже на каркас мегазаклинания, я полагаю.
— Рэрити! — вскрикнула Эпплджек. — Что за бес в тебя вселился, девочка! Где ты вообще достала такую магию? Это же... — Голос рыжей кобылы понизился до шипения. — Это некромантия!
Рэрити посмотрела на свою подругу и кивнула. Её глаза тоже были широко раскрыты.
— Я знаю. — Затем, в ответ, — Она из книги зебр под названием Чёрная Книга. — Она снова остановилась в задумчивости. — Ну, Чёрная Книга... чего-то... что я не могу произнести. Имя, но в нём недостаёт гласных в тех местах, где они обязаны быть. Там есть все виды в высшей степени мерзких вещей. Сосуды душ. Обходные заклинания. Магия для разрывания душ на части...
С каждым словом Эпплджек приходила во всё больший ужас. Рэрити, кажется, не очень это замечала. Она улыбнулась, как будто раскрывала особенно пикантную подробность сплетни.
— Если тебе интересна более колоритная история книги, то говорят, что она написана безумным зебринским алхимиком, который общался со звёздами через сны.
— Кто говорит? — спросила Эпплджек, но так и не получила ответа.
— Что ж, я знаю, что всё это совершенно чудовищно, и первым моим порывом было сжечь книгу и таким образом избавиться от неё, — сказала Рэрити. Впервые с момента, когда разговор принял неприятный оборот, Эпплджек выглядела немного успокоенной. Это успокоение прожило недолго.
— Но лучший маг моего Министерства говорит, что он обязательно сможет переработать ту кромсающую души магию, превратив её в точное заклинание, которое позволит ему отделять небольшие порции души пони. Достаточно, чтобы создать сосуд души, не нанося реального урона объекту заклинания.
— И... зачем тебе делать это?
— Подумай, Эпплджек! Какой солдат не захочет отдать небольшую часть души, чтобы вложить её в собственную броню, сделав её непроницаемой для любой пули? Для любого оружия? — Рэрити прямо таки сияла, восторгаясь своей идеей. — И это не обязательно должны быть те безобразные металлические штуки, над которыми работало твоё Министерство. Мы можем сделать идеальную, непроницаемую броню из платьев. Прекрасных платьев!
Эпплджек дрожала.
— И наши солдаты не только будут выглядеть сказочно, оставаясь неуязвимыми для оружия врага, — продолжала Рэрити. — Они не будут отягощены. До сих пор броня всегда доставалась ценой подвижности, но теперь...
— Рэрити?
Единорожица остановилась, положив копыта на плечи Эпплджек.
— Эпплджек, только подумай. Никто из наших семей больше не должен будет умирать в битвах. Если бы у Биг Макинтоша была...
— НЕТ!
Рэрити отступила, потрясённая внезапной вспышкой Эпплджек. Но рыжая земная пони ещё не сказала всего. Она придвинулась к своей подруге, тыкая копытом ей в грудь.
— Не смей тащить моего брата в этот мрак!
Рэрити судорожно втянула ртом воздух, широко распахнув глаза.
— Разговор окончен! — отрезала Эпплджек. — Не хочу слышать ни слова больше. Это... мерзко. Ни один солдат не отдаст того, что ты просишь. А даже если бы они и хотели, как бы мы могли им позволить? Некоторые цены просто слишком высоки! Думаешь, если бы не было ужасных последствий от пользования этими штуками, мы бы уже не встречали зебр с непробиваемой бронёй? Или пулями, которые могут пробить что угодно? Или хуже?
— Я... — Рэрити остановилась. Она отвернулась от Эпплджек, краснея от смущения. — Ох... ты совершенно права. Я... Я не понимаю, о чём я только думала!
Эпплджек вздохнула с глубоким облегчением.
— Ничего, сахарная. Тебя захватила идея, и ты как следует обо всём не подумала. Со всеми иногда бывает.
Единорожица посмотрела на Эпплджек, слабо улыбаясь.
— Ну, тогда... мне везёт, что у меня есть хорошая подруга, которая может меня одёрнуть.
Эпплджек рассмеялась.
— Значит всё в порядке. А теперь я хочу, чтобы ты вернулась в Кантерлот и продолжила работать над своими дизайнами. У тебя и так куча работы. И пусть никто из нас никогда больше об этом не упоминает.
— Как будто этого никогда не было, — сказала Рэрити с искренней благодарностью в голосе...
— Как будто этого никогда не было, — согласилась Эпплджек.
Рэрити и Эпплджек обнялись. Затем единорожица элегантно выскользнула из объятий и направилась к двери амбара.
— Эй, — окликнула её Эпплджек. Её подруга остановилась, оглянувшись назад. — А когда вернёшься, сожги эту книгу. А лучше пусть кто-то другой сделает это за тебя, — посоветовала рыжая пони. — Я подозреваю, что даже от её чтения у тебя мутился рассудок.
Рарити задумчиво подняла копыто к подбородку, а потом кивнула.
— Да, думаю, ты права, Эпплджек. — Она благовоспитанно нахмурилась. — Эта книга опасна.
Эплджек наблюдала, как Рэрити толкает дверь амбара копытом и выходит. Наконец мой хозяин пошевелился, легко ступая, чтобы не делать никакого шума, следуя за белым единорогом.
— Эй! — снова крикнула Эпплджек, проскакав мимо меня достаточно быстро, чтобы моя накидка затрепетала. Она остановилась в дверях, продолжая, — И на что бы там ни подбила тебя Рэйнбоу Дэш, знай — обнимашки не считаются!
<-=======ooO Ooo=======->
Я вернулась. Вернулась в своё тело и в компанию СтилХувза и Блюберри Сэйбр, двух членов Стальных Рейнджеров с самым высоким рангом. Носителей тех самых "безобразных металлических штук", которые Эпплджек разработала, несмотря ни на что. Шестерёнки снова задвигались в моей голове. И пони в моем мозгу была занята попытками собрать головоломку. И первое, что щелкнуло, было воспоминание Эпплджек и Рэрити в памяти Спайка: