— Она найдёт, — заверила я её. — Вельвет Ремеди сильнее, чем кажется.
— Как и ты, — произнесла зебра, кладя копыто мне на лоб чуть ниже рога.
— Ну, это несложно, если выглядишь жалко, — простонала я. Ксенит почти незаметно усмехнулась.
— Мы должны идти... — начала я говорить, пытаясь встать в третий раз. И сразу же, подставив под себя передние копыта, нырнула вперёд к ведру, застигнутая очередной волной тошноты.
Ксенит смотрела, как меня рвало.
— Ты больна, — сказала она мрачно (как будто без неё было не ясно). — Тебе нужен отдых. Я не позволю нам отправиться в путь, пока ты не будешь чувствовать себя достаточно хорошо для путешествия. Ещё один день как минимум. Может, два.
— Как давно?.. — спросила я, сплёвывая в ведро с рвотой и пытаясь cчистить кислую мерзость со своего языка и зубов.
— Меньше суток, — сказала Ксенит. — Каламити договорился с твоим другом-торговцем и достал вещи, которые тебе нужны. А ещё он установил броню на наше летающее судно. Если Глифмарк чем и не беден, так это металлоломом.
Интересно, когда он успел сделать всё это. Кивнув, я попыталась договориться с Ксенит:
— Одна ночь. Потом мы должны идти. Воспользуюсь костылями, если потребуется.
— Нет, — отрезала она. — Я решу, когда нам идти, и я говорю: ты никуда не пойдёшь, пока, по крайней мере, не будешь способна передвигаться на своих четырёх и держать в себе еду. Только после этого я подумаю. Это если предположить, что медицинская пони не проснётся к тому моменту и не прикуёт тебя к постели до твоего полного выздоровления.
Я застонала, сползая обратно в кровать. Мы не могли ждать так долго. Особенно если Вельвет Ремеди решила бы приковать меня, пока мне не полегчает. На что Вельвет была очень даже способна. Ксенит наверняка даже и не подозревала о способностях Вельвет, зебры не было рядом, когда та подстрелила меня.
— Я смогу восстановиться по пути в Прекрасную Долину, — сказала я ей, припоминая, что говорила нечто подобное Вельвет Ремеди после Арбы. Но одна лишь мысль о поездке в Небесном Бандите заставила голову ныть и неприятно скрутила желудок. — Ладно... как только смогу удержать в себе еду. — Я не собиралась заставлять других лететь в фургоне вместе со мной, всю поездку не вынимающей головы из ведра.
Разум побродил немного, пытаясь воссоздать прошедшие дни. Как давно Вельвет Ремеди подстрелила меня отравленным дротиком? Как давно я покинула Стойло Два? Вся моя жизнь ужалась... во сколько? Всего восемь недель? Больше полутора месяца, даже не два. Столь же несчастная маленькая пони в моей голове отметила, что где-то между настоящим моментом и хижиной СтилХувза у меня должны были закончиться все мои больничные и уже скоро мой наставник в ПипБак-мастерской урезал бы мне жалование. Я обнаружила, что хихикаю.
— Смех, — задумчиво протянула Ксенит, — явный признак выздоровления. Или скольжения к безумию.
Это лишь заставило меня сильней хихикать.
Ксенит поднялась, хватая ведро за ручку своими зубами. Вонь из него уже начала разноситься по комнате. Я чувствовала благодарность к ней, но в то же время смущалась своей слабости. Я сожалела, что из-за меня ей приходилось делать что-то настолько неприятное.
Я почувствовала внезапный прилив сил, когда она уже начала идти к выходу.
— Ксенит, как там твоя дочь? И... ты ей ещё не рассказала?
Зебра остановилась. Поставила ведро и повернулась в мою сторону.
— Сефир в полном порядке. Она доктор, лечащий этих горожан, и у неё это неплохо получается. Она очень благодарна за нашу помощь.
Ксенит села и уставилась в пространство.
— Она и другие жители её деревни сняли с меня груз ответственности. Теперь меня здесь ничто не держит. — Потом строго посмотрела на меня. — А насчет твоего второго вопроса: нет. И я надеюсь, что ты ей тоже ничего не расскажешь.
Я кивнула.
— Но... но разве она не должна знать? И, Ксенит, ты обязана быть с нею.
Ксенит грустно улыбнулась.
— Она теперь самостоятельная кобыла. Не та маленькая девочка, которую я знала. Я бы предпочла, чтобы она была сильной, чем снова стала моим жеребёнком. — Она снова посмотрела в сторону. — И, по правде, я не могу быть ответственной за неё. Я не знаю, как. Плюс, вы нуждаетесь во мне. Больше, чем она.
Высказавшись, Ксенит поднялась, снова взяла ведро и вышла, оставив за собой раскачивающуюся занавеску.
Я снова легла, не зная, что и думать. Часть меня радовалась, что Ксенит снова с нами. Но другая часть меня, та часть, что мечтала о "хэппи энде" для моих друзей, тихо плакала. И я даже не знала, почему. Моя собственная мать, несмотря на всю мою любовь к ней, была менее важной по сравнению с моими друзьями. И я бы не стала тратить то время, которое я провожу с ними, на попытки встретиться с ней. Так почему же моё сердце желало воссоединения Ксенит и Сефир?
Я снова почувствовала озноб. Часть меня захотела сдёрнуть отвратительно грязную занавеску и завернуться в неё. Но лучшая часть меня содрогалась только от одной мысли об этом. И я понимала, что если я сделаю это, то жар вернётся. И потому я просто свернулась калачиком. Волна усталости прошла сквозь меня.
Мы нуждались в Ксенит. Я нуждалась в ней. Вместе мы были сильнее. Лучше.
Мне были нужны мои друзья. Скоро... как только мне стало бы лучше и я смогла бы нормально двигаться... мы приступили бы к исполнению моего плана, чем бы он ни был, чтобы покончить с Богиней.
Я застонала из-за очередного озноба, прошибшего моё тело. Внезапно я занервничала. И испугалась. Я собиралась подвергнуть риску наши жизни ради плана, о котором толком-то ничего даже и не знала! Я доверяла себе... но это начинало выглядеть слишком глупо. Мои друзья доверяли мне, но должны ли были? Я не сказала им о своих действиях, только об их частях плана. Никто не знал, что мы сейчас собирались делать! Это же безумие!
У меня был план, как разделаться с Богиней. Я рассказала каждому пони его роль, но только его роль. Единственная пони, которая знала весь сценарий — это я.
А затем я вырезала у себя это знание и заперла его в шары, хранившиеся сейчас далеко в Башне Тенпони. О чём я думала? И главное — чем?
Я рассказала каждому пони его роль, но только его роль.
Каждому пони...
О!
...потому что Богиня не могла читать мысли зебр.
Мое лицо расплылось в улыбке. О да, я была умной пони!
* * *
— Она сделала что? — ахнул Каламити, вырвав меня из полусна, в который уже впало моё больное тело. — Чёрт возьми, Лил'пип же мне обещала...
О нет. Что я натворила? Я немедленно почувствовала себя ужасно, чем бы ни было то, что обидело Каламити.
— Успокойся, — вежливо приказал СтилХувз. — Всё было в порядке.
Они уже запустили броню СтилХувза? Я не слышала, чтобы он хоть как-то двигался. Сама мысль, что СтилХувз был словно парализованный в своей броне, уже вселяла ужас. Я подумала о том, как он беспомощно уходил в пучину озера, как он молил Богинь, чтобы его поскорей оттуда вытащили.
— В порядке? Меня не было, ты был парализован, а Лил'пип засунула голову в целую чёртову кучу шаров памяти прям посреди Руин Кантерлота? — проревел Каламити. — Проклятье! Я знал, что у этой кобылки временами не все дома, но я ожидал, что она будет держать обещания получше! Чего она ожидала от Вельвет, если бы на вас напали? Или если бы Облако вошло?
— Включила бы щит, — ответил СтилХувз.
Каламити прервался на полуслове.
— Ещё раз, что?
— Мы были в Министерстве Крутости, в зоне, защищённой щитом. Если бы что-нибудь случилось, Вельвет Ремеди смогла бы защитить нас одним движением выключателя, — сообщил ему СтилХувз, добавив напоследок: — Или ты не доверяешь защите Рэйнбоу Дэш?
Я услышала, как Каламити испустил вздох поражения.
— Ладно. Хорошо.
— Не она виновата в состоянии Вельвет Ремеди, — добавил СтилХувз. — Фактически, она могла утонуть, спасая её.
— Да знаю я. И не злюсь на неё из-за... чёрт, не злюсь я на неё. Я просто злюсь, — признался Каламити. — Уж лучше так, чем волноваться, как больной.