— Нет, нет, я не это имела в виду. Я просто... я хотела знать, почему такой пони, как ты, продолжает со мной путешествовать.
— Может, мне просто больше делать нечего.
Я смотрела вперёд, не веря ему ни на грош. Хотя, зачем ему лгать? Похоже, все мои спутники готовы были уставиться на меня. Вела ли я себя, как параноик? Или же СтилХувз был угрозой?
Погруженная в мрачное созерцание, я не заметила, как остальные впереди меня остановились. Я стукнулась об круп Каламити, царапнув его броню своим рогом.
— Эй. А чего..? — начала я раздражённо спрашивать, но слова так и застряли у меня в горле, когда глаза увидели огромный плакат на свободно стоящей разрушенной стене.
Плакат изображал пегаса, закованного в гладкую чёрную броню. Броня выглядела устрашающей, почти насекомообразной. Боевое седло выглядело как панцирь из оникса с двумя торчащими антеннами, кончики искрились зелёной магической энергией. Как и у СтилХувза, даже хвост пегаса был защищён пластинчатой бронёй. Но в отличие от брони Стального Рейнджера, здесь хвост служил и в качестве оружия, заканчиваясь диким, светящимся шипом. У меня было такое чувство, что я видела кошмарную версию брони Стальных Рейнджеров. Под пегасом, застывшим в воздухе в наиболее угрожающей позе, были нарисованы зебры — убитые или разбегающиеся.
НЕ БОЙСЯ, ЭКВЕСТРИЯ!
МЫ ЗАЩИТИМ ТЕБЯ!
Наконец, Каламити захохотал, издеваясь:
— Агась, точняк. Однажды, Анклав Великих Пегасов прилетит вниз с небес, дабы спасти всех нас, маленьких поняшек. Может даже сразу после полуденной дрёмы.
Он наклонился и громко прошептал:
— А вот хрен вам, и не надейтесь. Это. Никогда. Не Произойдёт.
— Каламити?.. — начала Вельвет Ремеди, кажется, забывшая, что злилась на него.
Отвернувшись с отвращением от плаката, он рысью помчался прочь:
— Лентяи. Выпендрёжники. Это один хрен, что они взяли величайшую из нас, отбросили всё хорошее и замечательное, пока не остались ни с чем, кроме её недостатков, и не решили "а и так сойдёт!"
* * *
— Кажется, за нами следят, — заметил СтилХувз, когда мы проходили через разваленный двор, приближаясь к возвышающемуся зданию, почерневшему и наполовину поеденному ударом апокалипсиса. Я уставилась на карту ПипБака — фабрика "Алый Скакун" должна была быть прямо перед нами. Услышав замечание СтилХувза, я обернулась, взглянув на Л.У.М., больше доверяя прибору, чем собственному зрению в тусклом свете.
Ветер гонял по внутреннему двору фабрики мелкий мусор, сквозь трещины в серой каменной мостовой пробивалась пожухлая трава. Я окинула взглядом платформу, когда-то образовывавшую центр всего двора, платформу, на которой когда-то возвышались статуи нескольких пони. Статуи разрушились и раскрошились, от фигур остались только копыта, гротескно торчавшие из поверхности постамента. Я стала поворачиваться, осматривая местность, пока снова не уставилась на СтилХувза и на побитое взрывами здание, возвышавшееся над нами. Однако ни я, ни мой Л.У.М. ничего не засекли. В этот раз.
Я была уверена в правоте СтилХувза. Я тоже раньше что-то замечала, что-то, что удивительным образом показывало, насколько затуманенными казались все мои чувства. Но нет, здесь на самом деле был кто-то или что-то, державшийся на пределе дальности локатора. Этот объект был помечен как невраждебный, заставляя задумываться: то ли он держался в отдалении из-за стеснительности, то ли из-за осознания пределов возможностей техномагии Стойл-Тек.
Будто по команде, на Л.У.М.е вспыхнула отметка. Я обнаружила «Хуфбитс». Я обернулась снова посмотреть на здание, на этот раз с удивлением. Я помнила, чем было это здание когда-то: это было Мэйнхэттенское отделение Министерства Морали. Я видела его с высоты башни Тенпони. Однако фасад вполне определённо объявлял (своим дерзким оформлением и неоновыми надписями) строение центром шумного музыкального городского движения.
В отличие от местного отделения Министерства Магии, Министерство Морали не развешивало своих вывесок вдоль линии Селестии, не было даже маленькой таблички где-нибудь на стене. Его небоскрёб был безлик и безымянен, а также монолитен начиная с третьего этажа. Первые два этажа были отведены под то, что я расценила, как один из самых популярных клубов Мэйнхэттена (вспомнив признание Вельвет о том, что Пинки Пай и Винил Скретч по крайней мере один раз вместе выступали в Хуфбитс). Даже мой ПипБак не пометил его как Министерское отделение, будто это был секрет... который и так уже все знали.
В своё время центр Министерства Магии воплощал в себе все мои представления о министерских зданиях, вплоть до сумасшедших магических защит, ограждавших его от удара жар-бомбы. Но здание МинМор из-за ряда причин, начиная с явного недостатка защит и заканчивая его расположения над общественым клубом, в мои представления явно не вписывалось.
Я прошла вперёд, представ перед зияющими пастями разбитых окон Хуфбитс. Я попыталась представить его зал, полный пони, танцующих под песню Вельвет Ремеди, с которой она выступала в Разбитом Копыте. Как только я опередила Каламити и Вельвет, на Л.У.М.е появилась красная метка, а затем ещё одна. И ещё. Я остановилась, сделав всем знак задержаться. Присев, я двинулась вдоль Хуфбитс пока не достигла угла, где тротуар был покрыт обгоревшими кусками торговых автоматов.
Когда я осторожно глянула за угол, на локаторе появилось ещё несколько меток.
А ты не прослушала, случаем, часть про мантикор?
Фабрика "Алый Скакун" находилась буквально напротив внутренней аллеи от Хуфбитс. Красные и рыжие туши мантикор заполонили всё здание. Я наблюдала за тем, как несколько мантикор сорвались с террасы двенадцатого этажа и принялись кружить вокруг здания, пока одна за одной не сели на другие выступы. Две зверюги топтались во внутренней аллее, одна стояла ко мне спиной, её хвост раскачивался в паре дюймов от моей морды. Другая чуть поодаль рылась в мусорном баке.
Я спряталась обратно за угол и в расстройстве посмотрела на остальных. Все с выжиданием уставились на меня. Просто удача, что не было ни одной из этих тварей во дворе. Я подозревала, что теперь знаю, что случилось со статуями пони.
Луна, помоги мне. Что же делать? Думай. Думай...
Мне нужна была Праздничная Минталка. Я была уверена, что только съев её и получив взрыв рассудительности и ускорение мысли, я смогу решить эту проблему. Но после того, что я подслушала, чем занимались мои спутники, я не могла рисковать, чтобы они увидели, как я съела ещё одну.
Я развернулась, стараясь не попасться им на глаза, и сколдовала заклинание сортировки ПипБака, затем левиторвала баночку из сумки. Я держала голову наклонённой, в надежде, что мой рог светился недостаточно ярко, чтобы они заметили его в странных серых сумерках заката. Я левитировала одну ПрМ из банки и с жадностью закинула её в рот.
Как и ожидалось, она была вкусной, я её проглотила и засунула баночку назад. Сразу же серая пелена улетучилась с глаз, и мир стал намного ярче и лучше. Я сделала ещё один быстрый взгляд за угол, на этот раз ещё более осторожно. Мантикора, казалось, не двигалась. Даже хвост был почти в том же положении. Её спутница повалила мусорное ведро и пошла к следующему.
Я посмотрела в небо. Я была достаточно умна, чтобы справиться с двумя мантикорами. Без проблем. Но даже с Минталками я не могла обработать всё стадо. Я думала, Каламити мог бы перенести нас к одному из выступов, но мантикоры тоже могли летать. Они были тяжёлыми лесными существами и, казалось, никогда не летали высоко, но...
Мой взгляд наткнулся на что-то красное вверху. Что-то, не похожее на мантикор. Совсем не похожее.
Завод "Алый Скакун" среди прочего производил самокаты. Насколько я могла судить, он был особо известен как раз за эти маленькие красные самокаты. И было ясно, что "Алый Скакун" очень гордится ими, ибо завод когда-то был украшен гигантским красным самокатом более десяти метров в длину. Гигант уже не сидел на своём месте на строительных лесах на крыше. Леса заржавели и рухнули, а самокат упал и вклинился между зданиями Министерства Морали и Алого Скакуна примерно на уровне пятнадцатого этажа.