— Да, но… — начала я и остановилась, пытаясь быть максимально честной. — Я доверяю тебе свою жизнь. Я верю, что ты защитишь меня. Я верю, что ты не хочешь причинить мне боль, — призналась я медленно. — Н-но мысль о том, что кто-то трогает меня… вот так… — меня начало трясти, и мой рот решил, что ему нужно закрыться.
Она протянула копыто и убрала гриву с моего лица.
— Трен. Ты хочешь, чтобы никто никогда в жизни не касался тебя «вот так»? Серьёзно? Потому что если да… то я и не буду. Ты не Глори… и я уже не та кобыла, которая облажалась с ней, — она слегка улыбнулась. — Я всё ещё буду поддразнивать тебя, но никогда не зайду дальше. Это то, чего ты хочешь? Потому что я очень беспокоюсь за тебя. Больше, чем рассчитывала. Так скажи же мне честно, что ты хочешь.
Я ощутила, как струйка крови начинает стекать из моего правого уха, когда попыталась распутать грязный комок эмоций, стянувшийся во мне от этой темы. Я боялась касаться других, боялась, когда другие касаются меня и боялась чувствовать кого-то рядом настолько, что пыталась забиться в угол и спрятаться. Но в то же время, у меня было отчаянное стремление к близости. Ласкам. Быть желанной. Я не знала, включало ли «быть желанной» физическое влечение ко мне, но… быть чьим-то чем-то… я не знала. Я так долго пряталась, плакала, убегала от всех чувств, связанных с физической близостью, что не была уверена, смогу ли справиться с этим. Не была уверена, что хочу этого. Не была уверена, что должна этого хотеть.
Мой беспомощный взгляд уткнулся в единорожку.
— Я не знаю, Блэкджек, — сказала я, чувствуя, как несколько слёз горячими линиями стекали по моим щекам. — Честно, не знаю. Мне так жаль. Мне очень, очень жаль…
Она прикоснулась рогом к моей голове и применила лучшую исцеляющую магию, которую только могла вызвать, едва смягчив боль.
— Тебе не в чем извиняться. Это не значит да или нет. Это значит «я решу позже». Что тоже справедливо, — она левитировала платок, аккуратно вытирая меня. — И всё-таки, мне очень нужно поболтать с Паддл. Как кобыле с кобылой. Чтобы мы поняли друг друга. Ты можешь пойти со мной, если хочешь, или не пойти. На твоё усмотрение.
Я медленно выдохнула с облегчением. Это… не решало мою проблему, что же делать с Паддл. Это не распутывало мои противоречивые чувства к Блэкджек. Но… моё признание всё-таки немного изменило положение вещей. Как будто Блэкджек поняла меня чуть лучше. И то, как она сказала «ты решишь позже», прозвучало… иначе, чем её обычно равнодушное «нет? ладно, спрошу потом». Она вложила верный смысл в свои слова, и я сразу стала чувствовать от неё намного меньше угрозы.
Я всё ещё не хотела, чтобы её язык пристроился мне под хвост, но она хотя бы стала безобиднее.
— Думаю, я позволю вам поговорить вдвоём. Мне… всё ещё нужно разобраться в своих чувствах к ней, — сказала я честно. — Я… — я смущённо покраснела. — Она сидела так близко, и я так растерялась… подумала, что это хорошая идея…
— Может быть, это и была хорошая идея, — ответила она с улыбкой, развернулась и побежала прочь.
Я не была уверена, что это так. Я не очень хорошо знала Паддл, и тут я обрушиваю себя и всё своё рассыпавшееся дерьмо на какую-то бедную, ничего не подозревающую пони. Заслуживала ли она этого? Наверное, нет. Но потом мой разум вернулся к тому, как приятно было просто находиться рядом с ней, и как я не вздрогнула, когда недавно Блэкджек коснулась моей щеки.
Я не была уверена, что это хорошая идея. Но этот опыт отличался от того, что был ранее, и, может быть, просто возможно, это то, о чём мне следовало думать. Вместо того, чтобы упиваться самоотвращением.
Я покачала головой, наблюдая за исчезновением хвоста Блэкджек за переулком, и развернулась, чтобы пойти и найти Солидарити, чтобы я могла ответить за свои действия перед Сэндэлвуд.
* * *
Мой разговор с ней был милосердно коротким. Они со Слейтом приближались к Трём Рекам, и она просто хотела убедиться, что я в порядке. Было немного неловко уверять её что я жива, и что да, я знала, что нам нужно поговорить, когда она прибудет в Фолд. Что ни говори, однако, было очень приятно снова услышать эту нервную единорожку.
— Эй, Треноди? Есть минутка? — окликнул меня Бабблгам, когда я шла обратно в мотель.
Я посмотрела вверх, чтобы увидеть большого земного пони, кричащего мне из окна одного из верхних этажей. Я сразу же пожалела, чтобы моё крыло всё ещё активно протестовало против моего движения им.